Геншер кинул выразительный взгляд в сторону канцлера. Коль вытер лоб и выдавил:
— У нас есть время подумать?
— Мы вас не торопим. Можем встретиться после выборов.
— Договорились!
Коль жадно присосался к стакану с содовой, затем поймал себя на мысли, что сейчас не против стакана бренди. Похоже, что мысли у товарищей по переговорам были одинаковыми. Геншер уже выставил на столик бутылку и сейчас протирал себе стакан.
— Дитрих, что это было?
Министр иностранных дел ФРГ не торопился. Сначала налил обоим, затем взял стакан в руки.
— У следователей есть такой метод: зло и добрый полицейский. Они раскачивают нашу решимость.
Коль сделал глоток, горло обожгло. Затем алкоголь добрался до мозга и стало хорошо. Пусть и временно.
— И что будем делать?
— Для начала передадим документы русских экспертам.
Канцлер кинул в сторону министра испытывающий взгляд:
— Считаешь, что это серьезно?
— Они в своем праве. И… мне кажется, что их предложение дельное.
— Какое именно? — Коль привстал в кресле.
— Новая конструкция европейской безопасности. Варшавский договор доживает последние дни, а мы привыкли за эти девятилетия к противостоянию двух блоков. Но что будет дальше?
— Остается НАТО.
— Против кого? Русские не хотят больше быть врагами всем. Не хотели… Пусть не хотя и дальше. Тогда мы в большей безопасности. Чужие базы на немецкой земле несут лишь проблемы.
— Неплохая мысль.
Гельмут задумался. Стать одним из архитекторов Новой реальности, это будет неплохим завершением объединения Германии. Да и экономические предложения русских заманчивы. Хотя открывается вся Восточная Европа. А если разделить те страны с СССР, которые там имеют там влияние…
— Но что скажут американцы?
Гельмут скривился. Это и есть главная проблема. Западная Германия здорово зависит от секретных протоколов, заключенных с Америкой во время создания ФРГ.
— Не обязательно им доводить всю информацию.
Геншер улыбнулся и растекся в кресле:
— Да и сам процесс может быть длительным. Сколько лет Хельсинки готовился? И Буш скоро уйдет, полностью сменится администрация.
Коль приподнял бровь:
— Ты что-то знаешь?
— У американцев большие проблемы на Ближнем Востоке. Вчера сирийцы атаковали Израиль. Ирак не сдается. С экономикой проблемы.
— А русские тем временем получают повышенную прибыль за нефть, — канцлер стукнул по подлокотнику. — Мне нужно переговорить с промышленниками. Кто будет первым смелым?
Москва. Кремль
Егор Кузьмич Лигачёв, признанный лидер партии угрюмо уставился на Бориса Николаевича Ельцина, председателя Верховного Совета РСФСР.
— Товарищи, нам необходимо договориться.
— Сначала возвращаете тоталитаризм, а потом приходите мириться.
— Ты, Борис, говори, да не заговаривайся! Мы остановили падение в бездну!
— Убили борцов за свободу!
— Это американские агенты тебе друзья?
Ельцин, было хотел ответить что-то резкое, но осекся. В душе понимал, что не то время. Тут и должность не спасет. Он сам не замазан, но вот окружение подкачало. Раззява, доверился!
— Борис Николаевич, у вас нет полномочий мешать выборам. И режим ЧП никто не отменял.
Угроза Лукьянова была прямолинейна. Но иначе нельзя. Ельцин подозревал, что «Борт номер один» упал не просто так. Пусть и был сбит из американского ПЗРК. Но общество заметно качнулось обратно. Никому не нравится, когда их лидеров уничтожают из чужого оружия. А всеобщей любви Америка так и не добилась. Да и не особо старалась. Это полностью заслуга советской интеллигенции. В то же время раздавались трезвые голоса, что без влияния СССР в мире произойдет трансформация в сторону однополярного мира. И никто народы Земли спрашивать не будет. Борису только ярлыка продажного политика не хватало!
— Хорошо. Что вы хотите?
— После выборов в Верховный Совет поддержать урезание полномочий республиканских Советов.
— Ну знаете…
— Борис, ты же видишь, что они тянут страну к сепаратизму? Система республик давно устарела. Союз давно живет, как цельное государство.
— Это по вашему мнению.
Ельцину отказ от полномочий было, как серпом по яйцам. И так пришлось убрать из прошедшего референдума вопрос от введении должности президента. А власть был так близка.
— С остальными республиками уже согласовано. Ну почти…
Лигачев поджал губы, украинцы выделываются. Но их дожмут. Деньги ниоткуда не берутся. Таможня закроет порты и никуда ты не денешься.