— По телевизору и радио также молчок.
Фролов вздохнул. Ему бы самому понять, что в стране творится.
— Иван Тимофеевич, готовить в номер репортажи о вводе войск?
— И с республик сообщают разное. Чуть ли не стрельба идет.
— Пока нам до официального заявления лучше промолчать.
Редколлегия и журналисты озадаченно переглянулись. Давно они не были в той ситуации, когда внутренняя самоцензура буквально вопиёт. Молодежь нетерпеливо била копытом, опытные кадры тут же попрятались в тень. Происходило явно неординарное. Кто-то посмелей все-таки спросил:
— У нас опять цензура?
Фролов, бывший одновременно членом обновленного Политбюро буркнул:
— При ЧС она вводится военными до особого распоряжения. И попрошу не нагнетать! Армия может вернуться в казармы хоть завтра, если увидит, что нет беспорядков.
— А они будут, — мрачно пророчествовал кто-то.
— Вот и пошлите туда репортеров. Чтобы материал был на будущее. Все, товарищи, работаем!
Но на выходе из здания журналистов задержал наряд внутренних войск в полном вооружении и обмундировании нового образца. За ними маячили милиционеры с автоматами в руках. Старший лейтенант с обветренным лицом и нездешним загаром громко объявил:
— До особого распоряжения всем оставаться на своих рабочих местах!
В эту же минуту замолкли все телефоны. Столица погружалась в информационную блокаду. Неравнодушные граждане прильнули к старым радиоприемникам, что ловили «Голоса». Но и там было мало информации. Кто же знал, что еще ночью прошла волна арестов и задержаний. Все персонажи, что частенько выступали на западных вражеских радиостанциях вроде «Радио Свобода» или Би-Би-Си были широко известны и даже особо не прятались. Люди, уже привыкшие к тому, что за потоки лжи никто не отвечает, стали частью местного бомонда. И утро для них вышло на редкость похмельным. Контрразведка шутить не думала.
Лубянка
До центра Москвы шокирующая новость дошла до странности нескоро. Сказалась излишняя привычка к секретности тех, кто охранял первого президента СССР. Это позволило ведущим лицам заговора начать действовать без оглядки на возможных оппонентов. Первым прибыл на свое рабочее место председатель Верховного Совета Лукьянов и тут же потребовал все подробности случившегося. По сути, он сейчас был первым человеком в государстве после невразумительного исчезновения вице-президента Янаева. И потому на невнятное бормотание Председателя КГБ Крючкова ответил неожиданно резко:
— Требую на время расследования отстранить руководителя охраны президента.
— Но это…
— Не обсуждается! К вам также много вопросов, товарищ Крючков!
В трубке, не дожидаясь ответа, раздались гудки. Еще не так давно могущественнейший в стране человек ощутил неприятное покалывание в спине. Что происходит? Затем телефон зазвенел снова. Услышанное так удивило Крючкова, что он на некоторое время потерял дар речи. Чертовы генералы! Да что они себе возомнили! Затем пришло осознание того, что такое невозможно провернуть без участия людей из его же ведомства. Они знали точно маршрут и время взлета самолета. И расположение постов бывшей «девятки». И этот странный звонок от Лукьянова. Как быстро этот слюнтяй среагировал! Глава спецслужбы крепко задумался: происходит то, чего меньше всего ожидали. И его самого в ближайшее время ждет куча неприятностей. Или даже смерть. Он вспомнил, что приходилось исполнять по воле Андропова и сил, стоящих за ним, будучи начальником Первого главного управления КГБ СССР. Именно он к концу 80-х годов фактически под разными предлогами убрал из аппарата внешней разведки почти всех профессионалов, которые действовали на американском направлении. Убрал именно тех, кто в свое время осуществлял вербовку, умел работать с агентами. И тогда же под крылом ПГУ потекли в определенные банки золотые ручейки.
— Срочно всех глав управлений ко мне на совещание! И узнайте, кто ведет расследование. И немедленно от дежурного сводку по Москве.
Через пятнадцать минут вместе с чаем ему положили на стол папку. Председатель КГБ по мере чтения все больше зеленел. Военные взяли под охрану все важные объекты в городе и Подмосковье. Телевидение, радио, узлы связи. Отключена связь у всех новостных агентств, а также почти вся международная. Его людей вышвыривали с рабочих мест прикладами автоматов. В паре мест даже стрельба случилась. С военными синхронно в город вошли подразделения дивизии имени Дзержинского. Как все четко сработано! Без приказа и постановления. Хотя почему без? Наверняка на такой случай у Язова есть филькина грамота в виде какого-то плана. Приказ «Согласно… приведен в исполнение». И не подкопаешься. Вот почему Горбачев забрал у КГБ спецназ. Это он, что ли, планировал? И его убрали, как лишнего? Перехитрил сам себя? А что, Меченый мог. Хитрозадый колхозник!