По замыслу ЦРУ, целенаправленная деятельность агентуры влияния будет способствовать созданию определенных трудностей внутриполитического характера в Советском Союзе, задержит развитие нашей экономики, направит научные изыскания в Советском Союзе по тупиковым направлениям. При выработке указанных планов американская разведка исходит из того, что возрастающие контакты Советского Союза с Западом создают благоприятные предпосылки для их реализации в современных условиях. По заявлению американских разведчиков, призванных непосредственно заниматься работой с такой агентурой из числа советских граждан, осуществляемая в настоящее время американскими спецслужбами программа будет способствовать качественным изменениям в различных сферах жизни нашего общества'.
Чем больше разведчик приводил аргументов, тем сильнее мрачнели лица делегатов. Внезапно то, что недавно считалось идеологической шелухой, стало обнаженной реальностью. И события последних лет виделись уже иначе. Лигачев еле сдерживал торжествующую улыбку. Речь генерала заменила ему кучу бестолковых встреч и накачек. И сейчас будет проще требовать от Генеральной прокуратуры СССР материалы расследования. Раз уж они были, как будто случайно обнародованы. Всесилию американцев на русской земле нужно положить конец.
Министерство обороны. Штаб ЧП
Варенников встретил гостя рабочей обстановкой штаба и ставшим уже привычным Броуновским движением его работников, а также прикомандированных лиц. Все-таки и страна, и армия были огромными. Да и за рубежом интересов хватало. Он жестом пригласил заместителя председателя КГБ Грушко к себе в кабинет. Сам генерал тяжело уселся в кресло и поблагодарил за принесённый кофе. Он кивнул в сторону хрустального сосуда с шоколадными конфетами.
— Угощайтесь, Александр Викторович. Меня кофе и шоколад бодрит.
— Спасибо. Но я приехал по делу.
— То есть слив оказался успешным?
Начальник контрразведки не был так категоричен:
— Мы еще не просчитали все последствия на внешнем фронте. Американцы отмалчиваются. В европейских СМИ пока только слышны невнятные монологи телевизионных комментаторов.
— И что они?
— Честно? В шоке. Хотя намедни все европейцы прислали телеграммы соболезнования. МИД завален ими. Так что в ФРГ мы ожидаем новых масштабных антивоенных выступлений. И в столицах недавних союзников пока молчок.
Варенников хмыкнул:
— Еще бы! Им бы переварить то, что у нас происходит. Нет Горбачёва, нет договоренностей! Помяните мое слово, вскоре они сюда в очередь выстроятся.
— Самый внушительный эффект пока заметен среди нашей либеральной оппозиции. Мы наблюдали сегодня некоторый исход этой публики из Моссовета. И толпа уже требует от лидеров Движения «Демократическая Россия» реакции.
— А что они?
— Пока отмалчиваются. Но шевеления есть. Посмотрим, что завтра они скажут на митинге. Пока Афанасьев, Попов и Станкевич проводят консультации. И у них есть раскол с ленинградским движением. Собчак куда-то пропал.
— Хорошо.
— Но я приехал не потому, Валентин Иванович. По нашим оперативным данным Агентство национальной безопасности США вплотную пыталось заняться перехватом разговоров, которые вы и Язов вели из своих кабинетов с командующими округами и прочими крупными военачальниками.
— Сволочи!
Начальник Второго главного управления развел руками:
— Мы это своевременно пресекли. Виновные нами арестованы и ведутся допросы.
— Среди них есть иностранные граждане?
— Разумеется. Но в основном нелегалы.
— Не выдавайте их ни при каких обстоятельствах.
Грушко покрутил головой. «Захват» и показушная перестрелка с «группой» американских диверсантов была шита белыми нитками. И рассчитана на внутреннюю публику. Фотографии убитых на самом деле в Литве ЦРУшников уже показали и по телевидению в дневных новостях. Как ранее снимки с американским ПЗРК. На той стороне сразу поймут, что без санкции сверху слив такой опасной информации невозможен. Что же еще задумали генералы? И самое поганое, что запретить это в данных обстоятельствах он не может. Комитет остался без Председателя. Кто будет назначать нового, также непонятно. Придется плыть по течению, стараясь не утонуть в штормящих водах времени. Он вздохнул: