— И мы не женаты, не драматизируй, — продолжила она.
— Жаль.
Алекс замолчал. Раскинул руки по подлокотникам кресла и слегка провалился в него, откидываясь на спинку. Оксана тщательно подбирала слова. Только открыла рот.
— Может, надо было жениться на тебе? Хозяйничала бы сейчас на вилле. — Алекс поднял глаза на Оксану.
— «Надо» или «не надо». Насильно мил не будешь, Алекс. Как ты этого не поймешь? Ты делаешь только хуже, запирая меня.
Он встал и подошел к окну. Вдалеке плескалось море, такое безмятежное… Как же жаждал такой же жизни. С этой единственной женщиной. Жаждал холить и лелеять ее. Которая хотела уйти к другому. Уже уходит. Эрик… Когда вспомнил его, все внутри забурлило, ревность хлынула и захлестнула его, он был готов взорваться. И Оксана крайне не вовремя открыла рот:
— Эрик…
Он резко развернулся сорвался на крик:
— Эрик?! ЭРИК?!
Глаза пылали синим огнем, казалось, что он прожжет сейчас ее насквозь. Вот и пришла к нему да поговорила с ним. А ведь долго готовилась, собиралась с мыслями, тщательно обдумывала слова, чтобы достучаться до бывшего возлюбленного. Теперь девушка откровенно его боялась. Она боялась, что Алекс опять ударит ее. Конечно, он пытался извиниться, но ведь Оксана гордая. Сразу дала ему от ворот поворот. Но теперь… А что, если она окажется просто избита? Оксана поняла, что начинает дрожать.
— Не смей произносить его имя при мне!!! Я все делал для тебя! Я осыпал тебя подарками! Готов был на все ради тебя!
— Мне ничего не надо…– едва слышно произнесла побледневшая девушка.
— «Ничего не надо»! А ты спала с ним за моей спиной! Ничего, кроме него, да?!
Алекс в два шага преодолел разделяющее их расстояние и хорошенько тряхнул брюнетку. К слову, тряхнул он ее отменно: высокий, широкоплечий, с хорошими мышцами, плюс выпитое не помогало рассчитывать силу. А она, маленькая и хрупкая, даже не доставала ему до плеч.
От неожиданности Оксана охнула и попыталась высвободить руки. Она подняла глаза и увидела, что красивые и чувственные губы сжались, взгляд был полон презрения. Никогда он не смотрел на нее с такой бешеной и яростью.
— Алекс, мне больно.
— Нет, Оксана, это мне больно.
Ему в который раз за эти дни представились в этот момент ее руки. Любимые ладони в руках Эрика. Как он следом обнимает ее тонкую талию, опускается ниже…
Это было невыносимо. Настоящая пытка. Хотелось сжать хорошенькую шею и придушить маленькую дрянь, потому что посмела переспать с другим мужчиной за его спиной. Алекс перехватил своей рукой ее за горло, сжимая шею девушки.
Оксана набрала в грудь побольше воздуха, ввиду чего она сразу приподнялась, чтобы справиться с его нарастающим гневом, и сказала:
— Я пыталась сказать тебе! Но ты всегда, всегда был занят! «Оксана, не сейчас», Оксана, у меня нет времени! А я всего лишь хотела любить и быть любимой!
— Ты «хотела» любви! «Хотела» любви!
Оксана вновь задрожала, но мужчина этого не заметил. Глаза метали яростный гнев. Никогда она еще не видела Алекса таким. И это откровенно пугало ее.
— Алекс, ты пьян. Поговорим утром.
— Мы поговорим тогда, когда я скажу! — рявкнул он, подхватил ее на руки и закинул через плечо.
Пальцы сжали ее бедра, Оксана издала от боли хрип, но Алекс проигнорировал и это. Открыл смежную дверь в спальню и потащил ее внутрь.
— Алекс, остановись!
Он швырнул девушку на кровать. Паника охватила ее, душа в его цепких лапах. Никогда он не был в таком состоянии. Одержимость ею довела Алекса до ручки. Он развернулся к двери и повернул замок.
— Что ты собираешься делать? — практически шепотом спросила Оксана. — Опять ударишь меня? Или изобьешь?
— Нет, дорогая.
Он скинул с себя пиджак и рванул к перепуганной молодой женщине. Он так же быстро оказался над ней и заломил тонкие руки одной своей у нее за головой.
— Алекс…
— Ты думала, что можешь вить из меня веревки? Думала, что сможешь крутить мной, как вздумается? Я не сопляк, которому можно наставлять рога! Если моя, значит, только моя!
Оксана открыла рот, но не успела произнести ни звука.
— Не смей перечить мне!
Свободной рукой он схватил ее майку и резко дернул за ткань, разрывая ее. Открылось едва смуглое, тронутое загаром тело с великолепной грудью, которая часто вздымалась от учащенного дыхания. Потом рука Алекса скользнула вниз и начала рвать тонкие широкие брюки, в которых она любила ходить дома. Страх перерос в ужас.