Алекс…
Алекс привез ее к себе. Оксана повернулась и провела рукой по второй половине кровати, пока глаза привыкали к темноте.
Пусто. Наверное, он спит в другой комнате. Девушка попыталась встать, но случайно что-то смахнула со столика, что с грохотом упало на паркет.
— А?! Что такое?! — раздался сонный голос Алекса, затем зажегся слабый свет в противоположном углу комнаты, и Оксана наконец увидела бывшего в кресле.
— Алекс, прости, я не знала, что ты тут. Я что-то уронила… Ты что, спишь здесь? — Она с удивлением посмотрела в его сторону, мужчина был в брюках и футболке.
— Ты просила не уходить. — Тофт протер глаза ладонями.
— Ты что, всю ночь сидишь здесь?
— Я подумал, что тебе — может быть — что-то нужно.
— Я заняла твою кровать? — Оксана разглядела нетронутую половину постели.
— Нет, это гостевая спальня. — Он отвел взгляд. — Боялся, что ты неправильно поймешь, если проснешься в моей комнате.
Алекс рассматривал потолок. Оксана протянула руку ему навстречу.
— Иди сюда. Тебе надо нормально отдохнуть.
Он поколебался, но присел на край кровати, а потом лег на подушку.
— Выспалась? — тихо спросил он.
— Не знаю.
Неловкая тишина повисла над ними.
— Алекс?..
— Да?
— Теперь же все закончилось?
Он уловил надежду в тихом голосе.
— Я надеюсь, Оксана.
И вновь — звенящая тишина.
— Алекс? — Оксана лежала, не решаясь посмотреть на бывшего.
— Да?..
— Можно спросить?
Алекс незаметно сглотнул, понимая, что сейчас начнется. Сейчас ему предстоит ответить на вопросы, которые он так не хочет слышать от нее.
Оксана же для себя решила, что лучше всего спросить сейчас, ведь ночью людей проще вывести на откровения.
— Лючия…
— Не произноси ее имени. Эта тварь…
— Твоя бывшая? За что ты так?..
— Она больше никогда не посмеет причинить тебе вреда. — Алекс перебил Оксану.
— Она говорила, что ты угрожал ей, душил её. Я хочу знать правду. Я имею право, поскольку я тоже оказалась частью этой истории.
Он вздохнул и прикрыл глаза.
— Когда она узнала о тебе, когда поняла, что она никогда не сможет заменить тебя, начала выводить меня на эмоции, всячески бесить, издеваться надо мной. И тогда она получила меня такого. Несдержанного. Агрессивного. Грубого. Жестокого. Тогда как будто проснулась моя темная сторона.
— Но ты ведь не такой… — Оксана повернулась и поглядела на бывшего.
В памяти у нее всплыло видео, которое загрузили в интернет якобы с ее аккаунта.
«Получила приличный гонорар за то кино…»
Что-то подобное сказала Лючия на яхте.
«Значит, Алекс все-таки платил эскортницам за особые услуги…»
«Шлюхам проще заткнуть рот…»
Воспоминания пронеслись в ее голове.
— Ты просто практически не знаешь меня такого. В последнюю неделю — тогда — четыре года назад ты видела только то, что начиналось. Я встретил ее вскоре после этого. Она очень напоминала мне тебя. Ты и сама сразу поняла это. Но двух одинаковых людей не бывает. Я довольно быстро возненавидел ее. Искал утешений на стороне. Она меня шантажировала. Я угрожал ей. Причинял ей боль. Но я не бил ее, если ты об этом.
Алекс замолчал и открыл глаза, глядя в потолок.
«Угрожал ей. А потом — в пылу очередного скандала — схватил ее за горло. И она стала задыхаться. Черт, как же это было возбуждающе. Девушка в тонком белье, которая трепыхается в руках и жадно ловит ртом воздух. Заманчиво было оставить синяки на ее бедрах, вонзиться зубами в ее плечо. Перетянуть тонкую шею галстуком, то ослабляя, то усиливая хватку. И, наконец, завладеть ею. Этот странный и дикий животный секс. Она не отталкивала. Ей нравилось. Или же она надеялась хоть так меня удержать».
После того раза он повторял это с другими женщинами. Так что отчасти слухи были правдой. Но вот Оксане все это знать было совершенно ни к чему.
— Знаешь, даже жаль ее. Ведь она просто связалась не с тем парнем.
— Ну вот. — Оксана улыбнулась и провела ладонью по его руке. — Для тебя не все потеряно. Ты способен на жалость к той, которая пыталась испортить тебе жизнь.
— А ты? Ты правда простила меня? Оксана, мне очень важно знать это. Ведь себя я простить так и не смог.
Мужчина повернулся к ней лицом и вглядывался в — когда-то — такие родные черты. Девушка провела большим пальцем по его костяшкам.