За час до назначенной встречи мне прилетают сообщения со знакомого номера:
«Планы не поменялись?»
«Так же в 1:30?»
«Уже на старте;)»
Вскочив с постели со скоростью истребителя, я бросаюсь к шкафу за свежей футболкой, джинсами и олимпийкой. Освежаюсь под прохладным душем, одеваюсь и, накинув куртку на плечи, вылетаю из дома.
— Привет. — Ее улыбка согреет даже в прохладную ночь.
Без лишних слов обеими руками хватаю Алекс за талию и тянусь за поцелуем.
Короткий джемпер под расстегнутой курткой едва прикрывает ее поясницу. Я осторожно касаюсь кожи над поясом джинсов, чувствую, какая она холодная, и накрываю ее спину широкими ладонями.
— Совсем себя не бережешь, — выговариваю, нырнув носом в светлые волосы.
— Наверное, с ума схожу. — Губы Алекс скользят по щеке и снова встречаются с моими. – Странно, но я не боюсь этого.
— Чего, безумия? Никогда его не боялся.
В конечном итоге — где она, грань между принятым в обществе идеалом благоразумия и сумасшедшим? Все, что я делал последние годы, в одиночку или когда вместе со мной были мысли Саманты, легко подошло бы под критерии безумия.
Разъезд по улицам города на фактически угнанной тачке, без документов. Ночевки на улице, в парках, в кабинке колеса обозрения. Бесконечные побеги из дома в попытке скрыть то, что прятать не стоило… То, за что Сэм до сих пор не избавилась от чувства вины, хоть и старается об этом не думать.
— Не боялся сойти с ума? — улыбается Алекс.
— Может, я прилетел с планеты, где одни сумасшедшие? Или жил на такой в одиночестве, точно Маленький Принц. — Что вполне было похоже на правду до появления Алекс в моей жизни. Все эти годы я существовал в своем внутреннем Крейзилэнде, пока не понял, что у меня тоже могут быть чувства, которые отличаются от того, что ощущает Саманта.
— Хотела бы я посмотреть, как живется на этой планете, — подхватывает Алекс мою шутку. — Полетим вместе?
Я пытаюсь представить, на чем мы могли бы попасть в такой мир. Туда, где были бы вместе не только в ночные часы наших редких встреч, а чаще. И намного дольше.
И пожимаю плечами с тоскливой усмешкой:
— Разве что с крыши.
Глаза Александры искрятся от зародившейся в голове мысли.
— Поехали!
— Куда?
— Покажу, езжай следом, — весело отзывается она, исчезая за дверью черного автомобиля.
Алекс
Мы потратили на то, чтобы добраться до цели, чуть больше четверти часа. Улицы города были свободны, как и всегда в это время.
Крыша.
В голове вспышкой мелькнула идея, о которой я не стала рассказывать Сэму сразу.
Двадцатиэтажный бизнес-центр. Одно из десятка сооружений, строительством которого руководит компания Дэйва Хорнера. Ночью здесь есть охрана, но я знаю способ пройти на площадку, оставшись незамеченной.
— Ну что? — весело подмигиваю Сэму, который с изумлением переводит взгляд с меня на стройку. — Полетаем?
— Ты серьезно?!
— Вполне.
— Вообще-то я пошутил. — Сэм держит дверцу машины, надеясь, что сегодня я тоже настроена на шутки и розыгрыши.
Нет, Макдугал. Вся моя жизнь — чья-то большая шутка. У Лекси Хорнер на нее так мало времени, что остается проживать эти часы на максимум.
— А я нет, — пожимаю плечами, уверенно шагнув в сторону здания.
Здесь нет камер и строгой охраны по периметру. Только невысокое ограждение, которое защищает редких прохожих от возможности получить по голове случайно свалившимся инструментом, камнем или, в худшем случае, бетонной плитой. В нескольких местах ограждение вполне можно отодвинуть и протиснуться внутрь.
Сэм идет следом и возмущенно бурчит себе под нос. Включаю тусклый фонарик, чтобы осветить нам путь к центральной лестнице.
Я была здесь несколько раз. Вместе с отцом, в теле Алекса. В одну из экскурсий парень демонстративно зевал, слушая длинную лекцию о способах сохранения устойчивости высотных зданий в условиях стихийных бедствий, а вернувшись домой увлеченно искал нужную информацию в электронной библиотеке. Архитектура нравится ему ничуть не меньше программирования, но признаться в этом отцу и даже себе слишком сложно.