— Придется попотеть, — бросаю через плечо, оказавшись на лестнице. — Двадцать этажей — испытание не для слабых телом и духом.
— Боевое крещение. — Сэм быстро оставляет меня позади на первом же пролете. — Догоняй!
— Силы береги!
Этажу к седьмому мы останавливаемся, чтобы немного передохнуть. Сэм подходит к проему и присвистывает, оценив, как далеко от нас находится земля.
— Надеюсь, ты просто решила испытать мою выносливость. Я, может, немного того... но не настолько, чтобы прыгать вниз с такой высоты.
— Обсудим, когда доберемся.
Оставшиеся этажи мы проходим в три этапа: делаем передышки, чтобы не завалиться прямо на холодный бетон длинной лестницы.
Последний этаж, в отличие от большей части нижних, открыт со всех сторон. Бетонные подпорки, частично выложенные плиты, которые в будущем должны стать потолком. Подхожу к одному из краев, любуюсь видом залива, сияющего отражением огней ночного города, и с восторгом протягиваю:
— Потрясно! Сэм, тут реально круто!
— И высота что надо, правда?
— Хотелось бы выше, но Бурдж-Халифа в тысячах миль и уйме часов полета отсюда.
— Алекс, ты же шутишь? — все еще сомневается мой сообщник.
— Не совсем. Но не дрейфь, Сэмми, — намеренно дразню его. — Скорее всего выживем!
— Успокоила...
Я поворачиваюсь к Сэму и прислоняюсь к его расстегнутой куртке. Поднимаю лицо и утыкаюсь носом в чуть проступившую на подбородке щетину.
— Ты еще не все видел.
Сэм переводит взгляд на захватывающий вид за моей спиной и удивленно присвистывает:
— Если бы я и в самом деле решил бросится с крыши, то было бы неплохо напоследок полюбоваться чем-то подобным.
Я с безразличием наблюдаю за ночными огнями высоток, рекламных билбордов и точками редких машин на дорогах. Я была здесь не раз и успела привыкнуть, потому не могу разделить его восторг в полной мере.
Другое дело — залив. Все те же суда, пришвартованные в гавани, где мы с Сэмом были не так давно. Размытое отражение города в зеркальной глади воды, к которой взгляд каждый раз тянется, словно в первый.
Ведь именно так я себя и чувствую: словно размытое отражение человека, чье время забираю каждую ночь.
— Ты всерьез об этом думаешь? — я пытливо вглядываюсь в его лицо.
— Конечно же, нет, — возражает, крепче меня обнимая. — Есть много причин этого не делать.
— Назови хоть одну.
— Да хоть три.
Склонив голову набок, жду продолжения.
— Ты. Я. Мы.
— И все-таки... сделаем кое-что? — шепчу, пряча смущение за поцелуем.
— Мы точно выживем?
— Посмотри вниз. — Я улыбаюсь, кивая на то, что находится у основания фасада.
Сэм двигается к краю и смотрит вниз.
— Что это?
— Сетка. Натянута на уровне третьего этажа. Гасит ускорение падающих предметов или... людей. Обычно такие устанавливают на расстоянии десяти-двадцати футов от крыши, а прочность рассчитывают на одного крупного человека. Но это последняя разработка. Фирма, которая строит здание, заботится о безопасности рабочих.
— Похвально.
— Берегут репутацию. В этой сфере много желающих ее подмочить.
— А могли ограничиться обычными страховками и парой лекций по технике безопасности. Сетка натянута по всему периметру? Я не заметил такую на входе.
— Нет, это слишком дорого. И неудобно. Ее переносят на ту сторону, где планируются финишные работы — отделка, например, или остекление. Эта сетка пока стоит без дела.
— Значит, сегодня ей найдется применение? — Сэм отступает вглубь здания и двигает меня подальше от края.
Хватаю его за руку крепче, чем обычно, и стискиваю в ладони длинные пальцы, спрашивая:
— Прыгнешь? Одной страшновато.
Я жду все тех же возмущений. Он ведь должен попытаться отговорить меня? Назвать сумасшедшей, качнуть головой, потащить назад. Это обычная, правильная для нормального человека реакция. Но я ведь уже говорила, что в нашей паре вряд ли хоть кто-то нормален.