Как же все сложно... Почему это случилось с нами в одно время? Почему те, в кого мы влюбились, оказались братом и сестрой с одним на двоих именем и схожей внешностью?
Отрывки воспоминаний прошедшего дня продолжают появляться короткими вспышками. Фотосессия. Ее продолжение в полумраке небольшой подсобки. Низ живота тянет в забытом предвкушении.
Его же бросало в дрожь от желания. И как он решился уйти? Еще и повел себя как ублюдок.
Я поднимаю взгляд к застывшему в задумчивости лицу Сэма и почти спрашиваю, как себя чувствует Саманта. Мозг включается прежде, чем я морожу глупость: я говорила, что мы с Алексом «читаем мысли друг друга», но вряд ли сестра успела рассказать Сэму подробности прошлого вечера. Если и так, то спрашивать об этом, сидя на его коленях с голой грудью и расстегнутыми джинсами, — самая тупая идея, которая только могла прийти мне в голову.
Я опускаюсь за кофтой, после того как вывожу Сэма из оцепенения мимолетным поцелуем.
— Поедем ко мне? — спрашиваю минуту спустя, почему-то не сомневаясь, что он откажется.
Тело все еще просит разрядки, но эти не к месту возникшие воспоминания слишком все усложняют.
— К тебе? Ты живешь одна?
— Пока у Алекса, но его точно не будет до утра, — продолжаю сильнее сдавливать на шее петлю.
Что, если Сэм все-таки согласится? Смогу ли я продолжить под натиском ярких картинок, которые разве что не плывут перед глазами кадрами диафильма?
Она безумно красива в глазах Алекса.
Да этот парень влюблен по самые уши, и если его и дальше будет так плющить от Сэм, стальным яйцам гениального программиста срочно придется искать пиратки для обновления.
— И он точно сейчас не с твоей сестрой, — зачем-то уточняю я, заметив, как челюсти Сэма сжимаются.
— Знаю, — бросает он, высвобождаясь из-под моих ног, чтобы вернуться на место водителя.
— Сэм... — Не знаю, когда в голове зарождается мысль сказать именно это, но я, не задумываясь, тут же выкладываю на духу: — Нам стоит определиться, что мы ждем от этих отношений. Возможно, нам нужно время? Мы знакомы не так долго, но все так быстро завертелось, что я не понимаю, насколько можно доверять этим чувствам...
Только сегодня, каких-то пятнадцать минут назад, я была готова нырнуть в эти чувства с головой, проклиная того, кто оставил мне только четверть от суток. И что теперь? А теперь, Александра, ты знаешь, что кое-кто тоже влюбился...
Интересно, сам-то Хорнер догадывается?
— Хочешь проверить чувства? — спрашивает Сэм.
— Не хочу торопиться...
— Ты говоришь это после того, как мы чуть не переспали?
— Для меня это был бы не просто случайный секс, — бормочу, уткнувшись лбом в его плечо. — Все становится слишком сложным...
— Все это время... мы не будем видеться?
Я чувствую, как рука Сэма замирает у моей головы. Он напрягается, но в следующую секунду, расслабившись, все-таки опускает ладонь и поглаживает мои волосы.
— Не знаю. Если сильно соскучишься, напиши.
— А ты?
— Буду писать каждую ночь, — улыбаюсь, поднимая взгляд к лицу Сэма. — Чтобы ты не думал, что я тебе приснилась.
— Главное, не исчезни с концами.
Глава 4. Обними меня крепче
Maroon 5 – Lips on you
Алекс
Знакомый диван, кухонный гарнитур цвета холодной стали и огромный стол, за которым я почти никогда не ем. Совсем не та картина, что я видел перед тем, как уснуть.
Хоть не в чужой спальне проснулся — и ладно.
С каких пор мне напрочь отшибло память на события ночной жизни? Либо Алекс провела эту ночь дома, и кто-то из нас страдает лунатизмом, либо у меня появилась новая проблема. Если я перестану контролировать то, что она делает, однажды утром и впрямь рискую проснуться и узнать, что меня сдали для опытов в NASA.
Я с трудом поднимаюсь с постели и плетусь в ванную.
Мог бы махнуть на занятия и остаться дома, но курсовая у декана, которую мне предстоит сдавать через шесть недель, сама себя не напишет. А консультации этот крайне занятой профессор дает только по пятницам. И те через раз.
Прохладный душ обычно быстро приводит в чувства. Настроив температуру на электронном табло, я встаю под струи воды. Намылив голову, закрываю глаза и поднимаю лицо навстречу брызгам.