Губы Насти были так близки к губам Андрея. Он ощущал ее теплое дыхание.
Настя неожиданно достала маску, в которой они были на балу в гостинице и одела на лицо Андрея.
-Жриц не целуют, ибо жрица служит, но не любит.
-Проституток то же не целуют...
-Проститутки работают.
-Чему служишь ты?
-Кому...
-Кому?
Настя одела маску и толкнула Андрея. Он подчинился ее движению и отстранился, давая возможности ей встать. Ее руки легли на его голову.
-Теперь второе. Мы все в масках. В одинаковых масках. - уточнила Настя.
-Обезличивание?
-Нет. Мне сложно объяснить, кому служу я, но тебе будет понятен образ божества. Пока будет так, а со временем поймешь, если будешь принят. Ну же, отведай угощения. Господь тебе говорит: ешьте плоть мою и пейте кровь мою, а батюшка в церкви тебе дает просфору.
-А что за угощение предлагаешь ты?
-Вот моя просфора,
Истинное угощение.
Плоть - есть плоть,
кровь - есть кровь.
Вкушай правду, но не ложь,
как плод от древа райского.
Не нужно верить,
Абсурдная вера -абсурдна.
Важно чувствовать.
Очущай,
Наслаждайся мгновением каждым
Бытия, своим во мне...
Руки Насти прижали голову Андрея к своей промежности. Запах девушки странно пьянил и вызывал желание его ощущать снова и снова.
-Чем ты пахнешь...Безумно нежный и сладкий аромат. Это не духи...
-Чёрствый хлеб - для нищих духом.
Аскеты лгут, веригами терзая плоть,
Вину и хлебу нет нужды быть вкусными потом,
Андрей потерял контроль над собой и пальцы его рук сжали бедра девушки. Очень сильно сжали. Он встал, взял её за руку и подвел к столу. Одним решительным движением смел, все что на нем лежало. Бутылка начатого шампанского покатилась по полу, расплескивая шепящий напиток.
Другим движением он освободил себя от оков одежды и его вздыбленная плоть ворвалась в лоно Насти.
Из его рта вырвался громкий стон, которому вторила Настя, почти криком.
-Что за хрень...- процедил сквозь зубы Андрей.
Было сладко, невыразимо сладко и обжигающе больно, но эту боль хотелось продолжать.
Ноги Насти сомкнулись за спиной Андрея оковами и сжали бока. Девушка поднялась на локтях.
-Теперь давай до конца...- произнесла она изможденным голосом. - Ты этого боялся...да?
-Что...?
-Доставить женщине боль...Вот чего боишься ты. Доставить боль женщине, очень близкой тебе.
Тело буквально двигалось само. Андрея несло. Он буквально пронзал Настю, вызывая у нее всхлипы, не совсем похожие на удовольствие.
-Ты этого боялся...- простонала она, еле справляясь со своими ощущениями.- Приобщайся. Будь с нами, чувствуй нас. Чувствуй нашу боль.
И вдруг все вокруг пришло в движение. Рядом, впереди, сзади Воронцов видел и ощущал сношающиеся тела..он не видел их лиц, все было в полумраке, но наблюдаемое разжигало желание еще больше. Лица в масках, обнаженные, влажные, стонущие...
Решив, что ему опять мерещится, Воронцов вернулся взглядом к Насте и от неожиданности вздрогнул: перед ним лежала не Настя, а Алена, и ее юное тело вздрагивало от его сильных толчков. Ее руки были закинуты назад и привязаны. Он ощутил изменения в комнате. Комната была другая, неизвестная ему.
-Какого черта! - воскликнул, но остановится не мог.
Это было, как вспышка, и он снова оказался с Настей.
-Я этого не желал. - сказал он, словно Настя видела то же самое.
-Но это было внутри тебя, - ответила Настя.
Воронцов собравшись с силами вырвался из оков ног Насти, отшатнулся и чтобы не упасть, сделал пару шагов назад. В полумраке он не мог различить что у него внизу живота. Воронцов провел рукой и поднёс ладонь к лицу. На пальцах была кровь.
Настя опустила ноги на пол и поднялась со стола.
-Так вот какие у вас ритуалы! Ты вся в крови.
-За кровь не переживай.- улыбнулась неестественно Настя, - это все пройдет быстро. Всего лишь навсего настойка на травах. Она вызывает спазм мышц и ты снова, как девственница. Но какие интересные вещи в тебе открылись, товарищ капитан...
-Нет. Это не мое. Я не боялся своих желаний. Таких у меня нет. Это все какая-то извращенная игра!
-Ну конечно... Кто поверит? Посмотри, ты меня жестоко изнасиловал! - Настя провела рукой между ног протянула раскрытую ладонь Воронцову с кровью на пальцах. Зря ты сопротивляешься. Оставь, не упирайся и получишь неописуемое удовольствие. Я воплощу твои самые откровенные фантазии.
Воронцов мотнул головой, наивно надеясь, что происходящее иллюзия. Но все оставалось по-прежнему.
-Тебе некуда бежать, капитан. У тебя только одна дорога теперь. В нашу семью.
Настя двинулась к нему.
-Стой, где стоишь! - он выхватил пистолет.
Настя засмеялась звонко, казалось, до боли в ушах.