- Ну-у, и не думай даже! Что об этом говорить! Нет нам простым смертным тудыть ходу и все!
- Так попробовать стоит, авось ушло все!
- В психушку захотела?
- Да пусть идет, попробует, авось и правда!
- Ни-и, я одна не пойду!
- Туда только избранные допускаются: Веришиловские князья.
Тут бабы стали что-то шептать и креститься.
- А нам туда никак!
- Да и не ослабела там ниче, пока Аркадий жив. Он никого туда не пускает.
- Так пусть сам соберет Лечебницу!
- Он только к Деве подойти может и то на расстоянии, со спины, чтобы не прогневать.
- Никто туда выйти не может, окромя Веришиловых. Даже те, кто табу наложил.
- Даже сам Волков!
И тут у Надьки упала бутылка из-под содовой, наполненная этой самой целебной водой из родника Девы. Бабы, как по команде, повернули головы в сторону девчонок с букетами красивых васильковых цветов с нежнейшим ароматом.
- Батюшки! - крикнул кто-то из женщин.
Все повскакивали со своих мест и отпрянули от того угла, где сидели подружки. Надька встала, чтобы поднять бутылку и толпа шарахнулась от нее к выходу. Емельянова подняла воду и села опять на свое прежнее место.
Оставшиеся женщины испуганно смотрели на девчонок. Среди них бабушки Светки и Надьки, врачиха тетя Глаша Дегтярева.
- Девочки, вы где такие цветочки набрали-то? - осторожно, тонким от страха голосом, спросила бабка Нюрка.
- На... - открыла было рот Надька, но Светка, стукнув ее в плечо, перебила:
- Рядом с прудом каким-то. Мы ходили - ходили и набрели. Красивые, правда?
- А в бутылке что? - спрашивает Марья Тихоновна.
- Водичка из пруда, - ответила Надька.
- Это они до Черноозера добрались, - всплеснула руками бабка Нюрка, - да еще и воды поганой в дом принесли.
Бутылку взяли ризницей и вынесли за Енисей, там в черную, пустую землю и вылили. А цветочки отобрали, они оказались той самой лечебницей, такой нужной для медикаментов.
В конце концов, Надьке и Светке надоела вся эта беготня, и они вместе отправляются к Андрею выяснить: уехал он или не успел.
Обрабатывать Лечебницу осталась бабка Нюрка. Остальные бабы ушли, и только Глафира медлила с уходом. Она подошла к столу, где Марья Тихоновна и бабка Нюрка разложили Лечебницу.
- А цветочки-то с Поляны, - и Глафира вынула из Лечебницы красивый алый пятилистник, который назывался Софьиным поцелуем, он рос только на Поляне и нигде больше не встречался по всей территории страны. Настойки Софьина поцелуя сильно успокаивали, использовались как сонный препарат. Но в избыточных количествах приносили смерть. Скольких людей было погублено вот таким вот образом, причем традиционная медицина была не знакома с этим средством. И часто причину смерти не удавалось восстановить, оставляя, таким образом, убийцу не виновного.
Глафира посмотрела на вытянувшиеся лица женщин и, усмехнувшись, вышла. Они с ужасом смотрели то на Софьин поцелуй, то друг на друга…
Глава 13 Страсти по Емельяновой
Пока на кухне происходили все эти ужасы, девчонки выяснили, что Андрей успел уехать с бабушкой к брату в Красноярск. Теперь Надька уплетала лепешки у Никиты в комнате, а Светка рассказывала друзьям о походе на Софьину поляну и о том, как отреагировали енисейские бабы на их цветы и воду, которые они имели глупость с собой притащить. Катька и Никита слушали очень внимательно.
- Значит, завтра наши отправляются на Черноозеро, очень интересно, - Никита прищурился, глядя на Светку. - Я думаю, стоит сопроводить.
- О! - воскликнула Надька набитым ртом. - И этот заразился слежками от Андрея.
- Я думаю, когда он приедет, одобрит наши действия.
- Еще бы, - усмехнулась Надька, вытирая молочные усы.
- Кто пойдет? - Катька скрестила руки на груди.
- Пойдем мы с Ромкой, - Никита решительно встал. - Вам не нужно прогуливать уроки. Конец четверти. А я сейчас схожу к Роману, скажу ему о нашем решении. Вернее всего завтра отправимся затемно, так Долгов обязательно проспит.
- Точно! - энергично подтвердила Надька.
Ребята вышли на улицу, разошлись каждый в свою сторону.
- Сегодня обязательно поговорю с бабушкой, - решается Светка. - Выясню, кто она по происхождению.
- Что ж, удачи! - Катька открывает свою калитку. - Пока.
- Пока.
Дома Надьку ждала огромнейшая неприятность в лице Лешки Королькова.
- Вы ко мне, гражданин, по какому вопросу? - недовольно спросила Емельянова, прекрасно понимая, зачем сюда заявился Корольков.
- Как по какому? - искренне удивился Лешка. - Я как никак тебя в учебе подтянуть должен.
- Ладно, чего там, - тяжко вздохнув, Надька села рядом с Корольковым. - Некогда тут мне с тобой рассиживаться. Чего у нас там по арифметике? Ты реши, я потом спишу.