Но чёрт бы побрал того, кто изначально искорёжил мою жизнь! Как теперь быть? Сердце, некогда отданное Ренару, трепещет, словно птица в сетях, разрываясь между старой привязанностью и новым совершенно неуместным влечением. Я ведь только по крови принцесса. Да, после всего пережитого о возвращении на мельницу и речи быть не может, и Рози чётко дала понять, что будет рада, если я останусь, но…
Демоны! Всегда есть какое-нибудь «но»! Проблема в том, что я не могу позволить маме и братишкам продолжать влачить жалкое существование там, а сама наслаждаться жизнью в роскоши. Возможно ли их забрать к себе в замок? Надо будет спросить при случае у бабушки, надеюсь, поймёт и не откажет.
− Даниэла, − тихонечко шикнула на меня Рози, и я, выскользнув из пучины своих дилемм, вновь подняла взор на приближающегося Артемилиана.
Реверанс получился немного корявенько, но это можно списать на последствие болезни. Подошедший мужчина окинул меня с ног до головы оценивающим взглядом и, судя по искорке одобрения, промелькнувшей в глазах, остался доволен.
− Леди, рад видеть вас в добром здравии… − произнёс он, не отрывая взгляда, и протянул ко мне руку.
«Кстати, надо узнать, почему все обращаются ко мне „леди”», − подумала я и… Едва не задохнулась от нахлынувших эмоций, когда он завладел моей вмиг взмокшей от волнения ладошкой и легонько поцеловал… Нет… не кончики пальцев, чего стоило бы ожидать. Он слегка повернул мою кисть, скользнул губами по внутренней стороне запястья, а напоследок прикусил кончик безымянного пальца. В этом было что-то настолько интимное, что мои щёки тут же вспыхнули.
Я стояла, потупив взор и пряча за спиной мелко подрагивающие пальчики. Коря себя за проявленную слабость, которую император может воспринять как приглашение на ночь. И что потом делать, если он заявится? Сама же виновата буду, не стоило его провоцировать, выдавая свои эмоции. Тем временем удовлетворённый моей реакцией мужчина улыбнулся краешком губ и перевёл взгляд на герцогиню, удостоив её лёгкого поклона.
− Собственно, я за вами, − просто произнёс он, вновь посмотрев на меня. − Без вас двор стал скучен. А посылать гонцов, как я понял, бесполезно. Да и мне так спокойнее в свете последних событий. Вы, кстати, не вспомнили никого из нападавших? К нашему прибытию кто-то хорошенько убрался. Ничего, кроме трупов ваших людей и кареты, мы не обнаружили.
Я робко взглянула на бабушку: интересно, скажет про того графа?
− Увы, ваше императорское величество, − опустив глаза, молвила герцогиня и, явно желая сменить тему, тут же засуетилась: − Сейчас же распоряжусь, чтобы приготовили комнаты для отдыха.
− Не стоит, − остановил её Артемилиан. − Дела, знаете ли. Нам достаточно отобедать, надеюсь, этого времени хватит вашим людям на сборы.
Всё завертелось в какой-то нездоровой кутерьме, ранее пустующие залы замка, по которым только эхо и гуляло, наполнились шарканьем многочисленных ног и шумом голосов.
При первой же возможности я улизнула к себе в комнату, под предлогом необходимости собрать какие-то личные вещи. Грудь разрывали противоречивые чувства. Ренар − Артемилиан. Сын хлебопашца и император. Хорош выбор. Вот только что я могу дать своему избраннику? Хотя… а что они могут предложить, кроме ночи большой и чистой любви, пусть и не на сеновале?
М-да, Лейка… что-то ты совсем расфантазировалась. Делишь шкуру неубитого медведя. Император поцеловал ручку, а ты уже предложения ждёшь и дальнейшие планы на жизнь горазда строить? На его фоне уже и Ренар не мил стал? Приди в себя… где он и где ты? Даже если и позарится на тебя, то не стоит забывать о том, что по праву он должен достаться настоящей Даниэле, а не самозванке с мельницы. Жаль только мнение сестры по этому поводу не узнать. Она ещё там, в парке, сбежала куда-то и до сих пор не появилась.
И вот же ещё вопрос: почему Рози решила умолчать о графе? Есть что-то, о чём я не знаю? Хотя ясно же, что он изначально, ещё двадцать лет назад, что-то задумал. Приглашение короля с беременной супругой, преждевременные роды… Случайность? А как тогда объяснить то, что я до сих пор жива? Неспроста всё это. И это же надо было перетравить десятки детей ради достижения какой-то заоблачной цели… насколько жестокой скотиной надо быть? Хотя… чему удивляться, при его-то пристрастии к гладиаторским боям. Но это всё же другое. Показатель жестокости − да, но зачем похитили меня, заставив родных поверить в мою смерть?