— Что с котом? — слабо усмехнулся я, наблюдая, как тот расхаживает по комнате, будто она принадлежит ему. Он больше не шипел, но продолжал бросать злобные взгляды в тёмный угол, через который ушли мои родители.
Умный кот.
Скел помог мне подняться на ноги, но его трясло почти так же сильно, как и меня.
— Что они сделали с тобой на этот раз?
Я едва мог сформулировать грёбаное объяснение.
— Они хотят, чтобы я кое-что сделал для их организации, и, блядь, пытались заставить меня согласиться на пару с какой-то грёбаной демоницей по фамилии Вейн.
— На пару? — В его тоне отчётливо прозвучал шок, глаза расширились. — Ты не можешь так поступить с Пандорой.
— Да знаю я, блядь! Я отказался. — Мой голос вышел сломанным шёпотом.
— Хорошо, хорошо, — пробормотал он, проводя рукой по волосам. — Я могу чем-нибудь помочь?
— Ты знаешь, что не можешь. — Я отвёл от него взгляд. Он и Брэм всегда хотели помочь, но мне приходилось отказываться. Они не могли мне помочь, а если бы попытались, мои родители убили бы их.
— Всё, чего я хочу, — моя Пара. — Из меня вырвался всхлип.
— Я тоже хочу её, — пробормотал он, проводя рукой по чёрно-белым прядям волос. — Но мы облажались, и нам нужно всё исправить.
Призрачная боль пронзила меня, почти как Поппи. Боль грозила поглотить меня, а страх заставил сердце колотиться. Тепло моего исцеления стягивало раны обратно, но страх замедлял его.
Иллюзия Пандоры, парящей на дне того грёбаного озера, материализовалась в комнате передо мной, и ужас в костях застыл намертво.
Стиснув зубы, я впился взглядом в Скела.
— Твоя магия страха.
Его лицо вытянулось, когда он заметил иллюзию. Он издал шипящий вздох, потом сунул руку в карман и вытащил свою фейскую трубку. Охуеть, он блядь замешкался, прежде чем поднести её к губам и сделать несколько глубоких затяжек, а затем выдохнуть целое облако магического дыма.
— Блядь, — простонал он.
— Почему ты замешкался? — Я приподнял бровь, поднимаясь на ноги и хватая полотенце, чтобы бросить его на кровавую лужу, которую мои родители оставили посреди комнаты. Моя кровь тут же впиталась в ткань, превращая белое в прекрасный, сука, красный. — Никогда раньше за тобой такого не видел.
— Наверное, было приятно снова чувствовать, — сказал он и сделал ещё одну затяжку, прежде чем выдохнуть ровную струю дыма. — Знаешь, рот Пандоры совсем недавно был на моей трубке, и я до сих пор не могу в это поверить. Я так по-королевски облажался, Декс.
— Облажался, — согласился я, направляясь к своей кровати и раздеваясь до боксёров, чтобы не заляпать простыни кровью слишком сильно. — Но и я тоже.
— Мы облажались не так сильно, как Брэм, — пробормотал Скел, пересекая комнату и ложась на свою кровать, положив трубку себе на грудь, пока его глаза закрывались. — Честно, я переживаю за этого мудака.
— Да, знаю. Он раньше рассказывал, как его дед постоянно восторгался перед ним предначертанными Парами. Просто он никогда не думал, что сам получит одну. — Я плюхнулся на кровать и подоткнул подушку под руку, закрывая глаза. — Но ты прав. Мы облажались не так сильно, как он. Он больше всех до неё доёбывался, так что ему больше всех и отвечать.
— Мы тоже не невиновны, — проворчал Скел, когда котёнок свернулся рядом с ним на кровати и начал мурлыкать. — Не забывай об этом.
— Поверь, чувак, я, блядь, это знаю, — прошипел я. — Я просто пытаюсь понять, как загладить перед ней вину. Меня с ума сводит видеть, как она лежит между грёбаными Даркмором и Никсом, а не рядом со мной.
— В смысле? — Его кровать издала звук, и я почувствовал на себе его взгляд. — Декс, мужик, ты же, блядь, не стал её преследовать, да?
— Это считается преследованием, если она моя Пара? — Я поджал губы.
Ну точно нет.
— Да, Декс. Это всё ещё преследование! — Он застонал, прежде чем кровать снова скрипнула. Я решил, что он лёг обратно, но проверять не стал. — Хммм… не то, чтобы я одобрял преследование… но она была в кровати… с ними?
Белая раскалённая ревность пронеслась сквозь меня.
— Да, но не так. Они спали.
— Она девственница, знаешь, — тихо сказал он. — Ну, то есть, конечно, она девственница, но…
Я резко сел и уставился на него.
— Откуда ты, блядь, это знаешь?
— Во-первых, если обращать, блядь, внимание, это можно учуять. — Он сделал ещё одну затяжку из трубки. — А ещё я, возможно, подкатывал к ней, когда курил с ней, и она сказала мне, что девственница.