Знакомый запах сладкого шоколада и мягкий стук дождя за окном успокоили мои нервы. Когда я направилась к дивану, до меня донёсся слабый запах крови, но исчез почти так же быстро, как появился, так что я решила, что мне показалось.
— Когда начался дождь?
— Только что. — Хантер закрыл за нами дверь, прежде чем подойти к своему мини-холодильнику и достать запечатанную миску с фруктами. — Тебе нужно поесть.
— Спасибо. — Я взяла миску, и мой желудок в ответ заурчал. — Я забыла пообедать, — призналась я, когда мы сели на его диван.
— Важно заботиться о себе, Пандора. Особенно со всем, с чем ты сейчас справляешься. — Хантер скользнул взглядом по моей фигуре, прежде чем вздохнуть. — Я знаю, они, должно быть, часто у тебя на уме, но я переживаю, что ты не ставишь себя на первое место.
Я открыла миску и начала есть.
— Я не могу забыть, что они сделали, — хрипло сказала я между кусочками. — Даже когда моя душа зовёт к ним.
— Они все так или иначе извинились, верно? — Он прочистил горло, отрывая взгляд от моих губ, куда я только что засунула клубнику.
— Да. Скел был первым. Он передал мне распечатанную фотографию трёхцветного котёнка с извинением на обороте. — Я невольно улыбнулась, вспомнив этого пушистого малыша. — Декс подарил мне шоколад и прислал фотографию Шейдберри после того, как изрезал её. — Я поморщилась. — Там было очень много крови, а потом он даже написал мне. Наверное, это был его способ попросить прощения. — Я откусила ещё кусочек. — Даже Хемлок тайком подсунул мне в сумку стих. И он оказался на удивление хорошим. — Жар разлился по моим щекам. — Но я просто… не могу им доверять. Они бы никогда не сделали ничего из этого, если бы связь Пар не встала на место.
Хантер протянул руку и положил тёплую ладонь мне на бедро.
— Это нормально — не торопиться. Доверие не восстанавливается за одну ночь.
Глубоко вдохнув, я кивнула и доела. Когда миска опустела, я выбросила пластиковую тару и снова села, на этот раз ближе к нему. Я вдохнула его запах, пока он вдыхал мой, и положила голову ему на плечо.
— Спасибо тебе за всё, что ты делаешь.
Его руки обвились вокруг меня, и он притянул меня ближе.
— Это моя работа — помогать тебе.
— Потому что я твоя студентка? — поддразнила я.
Он взял меня за подбородок и приподнял мою голову, заставляя встретиться с его горячим взглядом.
— Потому что ты моя Пара, и ты мне небезразлична.
— Ты мне тоже небезразличен. Но я не знаю, как оставить эту боль позади, Хантер. Каждый раз, когда мне кажется, что я в порядке, что-то утягивает меня обратно. — Мой голос сорвался, и слеза скатилась по щеке.
Его большой палец стёр её.
— Боль упряма, но неизбежна. Важно помнить, что ты не одна в этом. У тебя есть Небула, Рид, и у тебя есть я.
— Есть, да? — пробормотала я, улыбаясь.
— Есть. — Его взгляд метнулся к моим губам, и желание расползлось по мне, как алая паутина.
Я наклонилась ближе, запечатывая его губы своими. Сердце забилось сильнее, а ладони стали влажными. Он ответил на поцелуй с такой страстью, что у меня перехватило дыхание. Я отстранилась и не смогла сдержать улыбку на лице.
— Это было потрясающе, как всегда. — Его белые глаза были полуприкрыты и светились напряжённостью.
— Я хочу узнать о тебе больше, — пробормотала я.
Его брови приподнялись.
— Почему?
Я втянула воздух, наполняя лёгкие и пытаясь собраться с мыслями.
— Мы всё время говорим обо мне. Ты столько обо мне знаешь, а я почти ничего не знаю о тебе. Ты моя Пара и мой консультант, но я совсем не знаю твоего прошлого.
Он тихо усмехнулся, и этот звук завибрировал у меня под щекой. Его руки расслабились, а сам он откинулся назад.
— Это очень заботливо с твоей стороны.
— Расскажешь мне о своём отце? Я знаю, что вы близки.
На его губах появилась тёплая улыбка.
— Мы с отцом всегда были близки. Его зовут Лэнс Даркмор, и он тоже демон мести. Волосы мне достались от него, а белые глаза — от мамы. Её звали Белинда, и она была суккубом.
— Ты нечасто о ней говоришь. Вы не были близки? — Я придвинулась ближе, и он крепче прижал меня к себе. Мне нравилось слушать ровный стук его сердца.
— Наоборот. Мы были очень дружной семьёй. Просто её убил сталкер. — Его голос дрогнул, и через нашу связь до меня докатилось эхо его горя. — Она бы полюбила тебя, Звёздочка.
— Мне жаль, Хантер. — Сердце болезненно сжалось за него, и я крепче обняла его.