Я выросла в своих силах, и от этой мысли во мне пульсировал триумф. Всё было бы иначе, если бы я раньше знала, кто я.
Мои пальцы провели по шрамам, скрытым под повязкой на бедре. Я всё ещё не могла поверить, что мои Пары видели их. Они были доказательством моего прошлого, напоминанием о холодной, подступающей тьме подвала и о резкой, обжигающей боли от теней Матери.
Это был мой секрет. Мой стыд.
Рассказать Риду и Хантеру оказалось легко, потому что они принимали меня такой, какая я есть. Но остальные трое? Они насмехались над повязкой. Насмехались надо мной.
И всё же они были моими предначертанными Парами.
Я медленно выдохнула, пытаясь унять дрожь в груди и сосредоточиться на лекции Эшенфелла о предначертанных Парах, а не на собственных.
Как обычно, он стоял перед аудиторией и оживлённо жестикулировал, пока говорил.
— Я бы убила за то, чтобы быть Парой Смерти, — хихикнула Дженни.
Я вздрогнула, когда её голос прорвался сквозь мои мысли.
Её сине-зелёные глаза встретились с моими и заискрились интересом.
— Ты в порядке?
Я тихо застонала, чувствуя, как нагреваются щёки.
— Я в порядке. Просто думала о своих Парах.
Шейдберри повернулась, полностью игнорируя меня, и ухмыльнулась Дженни.
— Ой, да ладно, Инферно. Как будто Смерть захочет иметь хоть какое-то дело с маленькой девственной суккубшей, которая случайно дружит с его дочерью.
Я нахмурилась и положила руку Дженни на плечо.
— Игнорируй её.
Дженни показала Шейдберри язык, прежде чем бросить на меня невинный взгляд.
— Вот теперь я могу её игнорировать.
Шейдберри фыркнула и отвернулась.
— Я даже не верю, что Грейвсенд нашла Пару. В смысле, у неё даже нет связывающих меток.
Эшенфелл сузил на неё глаза.
— Не все предначертанные Пары сразу запечатывают связь. Особенно те, чьей связи требуется время, чтобы сформироваться.
Сердце болезненно сжалось при мысли о закреплении связей Пар.
Из-за того, кем я была, мне удавалось ощущать их сильные эмоции даже без полностью сформированной связи, но происходило это лишь случайными проблесками. Иногда моя душа сама тянулась к их душам, будто хотела убедиться, что с ними всё хорошо. Благодаря этому я могла чувствовать их состояние, хотя почти никогда не управляла этим сознательно.
Но большую часть времени между нами всё ещё оставалась пропасть. Незавершённость этих связей отзывалась внутри тупой, ноющей болью, от которой невозможно было избавиться.
— Инстинктивное желание спариться различается у демонов. У каждого подвида демонов есть уникальный способ запечатать связь, — продолжил Эшенфелл.
Мурашки пробежали по моей коже, когда он начал рассказывать о брачных ритуалах, но я всё равно ловила каждое слово.
— Теневые демоны используют языки, чтобы передать частицу своей тени Парам, — объяснил он. — А уж куда именно её поместить, решают сами Пары.
От услышанного желудок неприятно скрутило. Не из-за Декса или его проколотого языка. И даже не из-за самого ритуала.
Нет.
Меня пугала идея носить под своей кожей теневую магию. Представить, что я стану хозяйкой теневого щупальца, было почти невыносимо. Всё это слишком сильно напоминало о матери. О её жестокости. О том, на что она была способна.
Я никогда не хотела быть похожей на неё. И не хотела носить в себе ту же силу, что жила в ней.
— Демоны мести впиваются изменёнными когтями в свою Пару, передавая ей осколок собственной магической сущности. Метка у демонов мести принимает форму татуировки бугенвиллии, — сказал он, вырывая меня из мыслей. — Вообще-то, она довольно красивая.
Сердце пропустило удар, когда я представила, как Хантер оставляет на мне свою метку. Тепло разлилось внизу живота. Я ненавидела боль, но почему-то была уверена, что от него она не будет казаться такой страшной.
— Что такое бугенвиллия? — спросил Фестер, ещё один новый демон в нашем классе.
Эшенфелл провёл рукой по волосам и мягко улыбнулся.
— Красивое растение с ярко-розовыми цветами и острыми шипами. Теперь об инкубах и суккубах. Они используют свои хвосты, чтобы передать Парам феромоны. Это можно сделать вагинально, анально или орально. Видимой метки при этом не остаётся, но их запах навсегда приобретает выраженные нотки запаха Пары.
Дженни надула губы и легонько толкнула меня плечом.
— Запах — это, конечно, здорово, но я бы хотела, чтобы у нас была видимая метка.