— Да, — протянул он, запуская руку в и без того растрёпанные чёрные волосы. — Я грёбаная ошибка, знаю. Просто пьяная сволочь, которая не может перестать быть тем, кто она есть.
Из его груди вырвалось хриплое рыдание, и магия хаоса ожила вокруг него. Тени заметались по комнате, словно отражая его внутренний разлад.
Волк хаоса проявился рядом с ним и раздражённо рыкнул на своего хозяина, прежде чем подойти к Пандоре и мягко лизнуть её руку.
— Но ты же перестал пить, — тихо произнесла она, и в её голосе звучало обвинение. Красные глаза заблестели. Она протянула руку и погладила волка. — Ты можешь стать лучше. То, что произошло сегодня вечером, — всего лишь шаг назад.
— Прости, — выкрикнул Хемлок, рухнув на колени и уронив лоб на грубый камень так сильно, что вокруг его головы растеклась кровь.
Она ахнула.
— Хемлок—
— Я пытался бросить пить. Правда пытался. Но я… мне позвонил отец, и я… я просто сорвался. Я даже не могу быть достаточно хорошим для своей Пары.
Пандора напряглась в моих объятиях и уткнулась лицом мне в грудь.
Волк тихо заскулил, опустил голову и растворился в воздухе.
Я почувствовал, как её слёзы пропитывают мою рубашку тёплыми пятнами.
— Ты действительно всё испортил, Хемлок, — сказал я. — Она может прощать лишь до определённого предела.
— Я не заслуживаю твоего прощения, Грейвсенд. — Хемлок даже не пошевелился. — Но ты заслуживаешь извинений за всё, что я сделал. Я… прости. Мне так, блядь, жаль.
— Я не стану говорить с тобой об этом, пока ты пьян, — тихо ответила она. — Я заслуживаю большего. Разве нет?
Из его груди вырвался ещё один надломленный всхлип.
— Да!
Я крепче сжал её плечи.
— Пойдём.
Она кивнула, потянувшись за мою спину, чтобы мягко провести пальцами по стеклу и попрощаться с Гамдропом.
Он приложил маленькую лапку к стеклу, прежде чем уплыть обратно в свой замок.
Когда мы обходили Хемлока, он вскарабкался на ноги и последовал за нами к двери.
— Подождите, я не могу… я просто… — Он снова рухнул на пол, рыдая.
Пандора остановилась, её рука крепче сжалась на моей руке.
— Связь передала мне его боль, Рид. — Её лицо исказилось от агонии, прежде чем она выдохнула и сгладила выражение. — Если эта боль — причина, по которой он топит себя в алкоголе, ему будет трудно остановиться.
— Он сможет, — заверил я её, мягко выводя из моей комнаты в общежитии и ведя вниз, к её.
Мы продолжили идти к её комнате, а Хемлок спотыкался и падал позади нас. Это была болезненная прогулка, и я не мог не пожалеть его.
Когда дверь её комнаты закрылась, она повернулась ко мне, её глаза наполнились скорбью, пока его рыдания звучали за дверью.
— Мне так его жаль. Я хочу когда-нибудь принять связи, но я не готова. И… — Она взглянула на дверь, когда запах крови пронзил воздух, а голос Декса загрохотал в коридоре. — Он тоже.
В следующий миг и Декс, и Хемлок ушли из коридора, а всё, что я мог сделать, — это обнять её и отвести к кровати.
— И это нормально, — пробормотал я, прижимаясь губами к её макушке, пока она устраивалась у меня на груди. — Поспи.
Я продолжал держать её, пока дыхание не стало ровным и она не уснула у меня в объятиях.
Моя ладонь медленно скользнула вниз по её спине, следуя по выпуклым линиям шрамов, о которых она рассказывала. Они были грубыми и глубокими, и от этого сердце болезненно сжималось.
Я закрыл глаза и вздрогнул, когда по венам разлилась ярость. Я не понимал, как кто-то способен сотворить подобное с другим живым существом. Демоны славились своей жестокостью, и то, через что прошла Пандора, было тому живым доказательством.
Она тихо всхлипнула во сне и начала метаться. Выскользнув из моих объятий, Пандора свернулась на кровати, вцепившись в одеяло. Из её горла вырвался хриплый, надломленный звук, похожий на крик.
Видимо, магия Друды окутывала её разум, пока кошмар держал её в своих когтях.
Она же только что уснула.
Я обвил её руками и скользнул в её кошмар, а сердце дико колотилось в груди.
Ужас сжал меня, когда я оказался в маленьком пыльном подвале.
Пандора была прикована цепями к каменному полу, голая и окровавленная, а над ней стояла женщина, осыпая её оскорблениями и разрывая её кожу тенями.
Моя предначертанная Пара была прижата животом к пропитанному кровью камню, глаза крепко зажмурены, пока каждый удар теневой магии рассекал её спину.
Это была её мать — у неё были такие же красные глаза, как у моей Пары, но на этом сходство заканчивалось. У женщины были светлые волосы и совершенно другие черты лица. Она была злом — даже не умея читать ауры или чувствовать души, я знал это.