— Даркмор пометил твоё бедро.
— Да. Благодаря этому мои шрамы стали терпимыми, — прошептала я. — Я всё ещё чувствую, насколько они ужасны, но больше не ощущаю потребности их прятать.
— Тебе никогда не нужно было их прятать. — Из соломинки донёсся пустой всасывающий звук, когда он допил остатки лимонада, затем встал и выбросил стакан в мусор. — Я разберусь с Тёмной Завесой ради тебя.
— Спасибо, па… Дэрил. — Я поморщилась. Кажется, я чуть не назвала его папой. — Но что за странная одержимость лимонадом моей подруги?
Он пригладил волосы рукой и невинно усмехнулся.
— Видимо, мне нравится маракуйя.
— Тогда вы с Дженни отлично поладили бы. — Я ухмыльнулась. — Она в тебя влюблена. Кажется, ещё с подросткового возраста.
Его голова резко повернулась ко мне.
— Твоя подруга в меня влюблена?
Я не смогла скрыть улыбку.
— Да. Это странно, но её чувства искренние.
— Хм. — Он ухмыльнулся. — Значит, твой папочка всё ещё обаятелен.
Я закатила глаза.
— О, Судьбы, прекрати, пожалуйста.
Он вернулся ко мне и потрепал меня по голове.
— Ладно, ладно. Ты будешь в порядке одна?
— Хантер и Рид останутся на ночь—
Он поднял руку с гримасой.
— О, Судьбы. Не говори мне этого.
Ахнув, я свирепо посмотрела на него и положила руку на грудь.
— Не в этом смысле! Просто останутся на ночь!
— Отлично. — Он почесал затылок с нервным смешком. — Тогда пойду покопаюсь в том, что мы знаем.
— Да, тебе стоит это сделать, — согласилась я, пока он неловко направлялся к двери.
Прежде чем закрыть её, он остановился.
— Запри её, когда я уйду.
— Запру, — пообещала я, вставая, когда он захлопнул дверь.
Я заперла её, но тут мой взгляд зацепился за что-то на другой тумбочке, не той, где лежал Небула.
Я подошла ближе, и по позвоночнику пробежал жуткий холод. Как я вообще это пропустила?
На тумбочке лежало ещё одно письмо, а поверх него — череп енота. Меня окутал аромат пряного бурбона, когда я подняла череп и взяла письмо. Облегчение прокатилось по телу, стоило понять, что оно не от Тёмной Завесы, а от Хемлока.
Должно быть, он оставил его, когда был здесь.
Осколки виски режут грудь,
Но искупленье больней, чем путь.
Я дал тебе тот самый простор,
О котором просила с давних пор.
Ты заслужила больше, чем я,
Чище судьбу, чем жизнь моя.
Черепа мёртвых тебе по душе,
Енот и кот ведь похожи уже.
Предначертан тебе, но тебя недостоин,
Сломлен, потерян, внутри неспокоен.
И всё же, Пандора, выбор простой —
Каким бы я ни был, я всё ещё твой.
Мне так, блядь, жаль.
— Жаль, что тебе нравится только мой череп. — Голос Небулы снова окружил меня.
— Теперь ты проявляешься. — Я хихикнула, проводя пальцем по черепу. — Должна признать, ты мой любимый череп, но этот мне тоже весьма по душе.
— У него нет души, — проворчал Небула. — А у меня есть.
— Да, — заверила я его, поднимая череп енота и ставя его на пустую парящую полку над комодом. — Небула, очевидно, превосходит всех, но Хемлок, кажется, старается изо всех сил.
— Но стоят ли его старания того?
Я прикусила губу и вернулась сесть на кровать, сжимая письмо в руках.
— Не знаю, но думаю… я хочу это выяснить.
24
ДЕКСТЕР
Мои руки дрожали, пока я сидел в кабинете Даркмора… нет, Хантера. Тяжесть тревоги за мою предначертанную Пару удушающе давила на грудь.
В комнате слабо пахло старым деревом, сладким шоколадом и карамелью, плюс немного вином фейри. Постоянный вихрь теневой магии хлестал вокруг меня, и я скользнул взглядом к карте на стене. Там был ещё один красный X — прямо над академией. Теперь над ней их было три.
Тёмно-русые волосы Хантера падали ему на лицо, пока он переставлял аккуратно подписанные бутылки вина фейри в своём шкафчике.
Сердце колотилось, пока я смотрел, как он вытаскивает вкус карамельного шоколада, и тихий звон стекла о стекло звенел в ушах.
— Хочешь выпить? — предложил он, протягивая мне бутылку.
Я кивнул, выхватил бутылку из его руки и сделал длинный глоток. Насыщенная сладкая жидкость обожгла горло ледяной дорожкой.
Он приподнял бровь, и в уголках его губ заиграла лёгкая ухмылка.
— Невоспитанный, как всегда.
Повернувшись, он взял другую бутылку и налил себе в керамическую кофейную чашку. По комнате разнёсся тихий плеск жидкости.
— Может, я и невоспитанный, — огрызнулся я, — но хотя бы не порчу вино фейри, наливая его в кофейную чашку.