— Правда? — Его лицо озарилось так, как я никогда прежде не видела. От того, каким красивым он был, когда улыбался, моё сердце пропустило удар. Его тускло-красные глаза стали ярче, а губы красиво изогнулись. Хемлок был очень привлекательным, но такими были и все мои Пары.
Я кивнула, и он вытянул руку в сторону мягкого красного мата, на котором мы собирались практиковаться.
Остальные мои Пары и Дженни разбились по парам и заняли маты рядом с нами, чтобы мы все были в одной зоне.
Мы были на Практическом применении демонического питания, и Эшенфелл решил, что мне пора практиковаться на настоящей душе, раз на прошлом занятии я исчерпала все искусственно оживлённые куклы. Ещё до того, как я успела согласиться, Хемлок первым предложил себя.
Для меня стало неожиданностью, что он вообще захотел этого, но я должна была признать — мне это не было неприятно. Если уж на то пошло, мне нравилось, что Хемлок проявлял ко мне интерес.
Растрёпанные чёрные волосы упали ему на глаза, когда он шагнул ближе. Его тёмно-красные глаза светились смесью любопытства и чего-то более мрачного. Татуировки волков и ястребов покрывали мускулистые руки, а пирсинг в септуме блеснул в свете тренировочного зала.
Сердце колотилось, пока я пыталась привести себя в правильное состояние, чтобы питаться. Мысль о том, чтобы поглотить часть его души, заставляла грудь ныть, но я знала, что не причиню ему вреда. Теперь я лучше контролировала свои силы, чтобы быть в этом уверенной.
— Готова? — Голос Хемлока был низким, рокочущим шёпотом, и его язык скользнул наружу, чтобы смочить губы.
Я кивнула.
Моя душа жаждала его. В глубине души мне пришлось признаться самой себе, что я жаждала его.
Оттолкнув мысли о желании к своей Паре, я сосредоточилась на магии, шевелящейся внутри меня. Тёмные клубящиеся завитки силы сорвались с моих губ — осязаемая сущность, жаждущая душ. Она скользнула по воздуху и исчезла во рту Хемлока.
Я чувствовала это. Связь. Притяжение нашей связи Пар и его душу, бьющуюся внутри тела. Это опьяняло.
И снова мне пришлось силой оттолкнуть мысли о связи Пар и желание сплести его душу со своей. Вместо этого мне нужно было забрать лишь крошечную часть.
Моя магия обвилась вокруг маленького фрагмента его души и осторожно отделила его, возвращая обратно в моё тело мягким толчком где-то в животе.
Тепло и чувство принадлежности разлились по венам, когда частица души моей Пары наполнила мои резервы.
Ресницы Хемлока дрогнули, глаза закрылись, и он рухнул на колени. Глухой удар эхом прокатился по Стадиону.
С его губ сорвался тихий стон.
— Блядь.
— Я сделала тебе больно? — Я опустилась на колени, чтобы помочь ему подняться, но он не сдвинулся.
— Нет. — Его голова оставалась опущенной, пока он делал дрожащий вдох. — Нет. Я в порядке. Это не больно. Но… мне жаль, Грейвсенд. Мне так, блядь, жаль за то, как я обращался с тобой. Я не заслуживаю твоего прощения, и я это знаю. — Его голос надломился. — Но я также знаю, что ты заслуживаешь услышать эти слова от меня лично, пока я стою перед тобой на коленях, а не читаешь их на листе бумаги.
Нервы скрутились узлом в животе, когда все взгляды обратились к нам. Всё было почти как тогда, когда Скел сделал это в классе, а другие демоны насмехались над ним и смотрели с откровенным презрением.
Души вокруг нас смердели осуждением.
— Хемлок, мне неприятно напоминать тебе обо всём, что ты сделал.
Горячие слёзы защипали глаза, но я втянула дрожащий вдох, чтобы продолжить.
— Но мне кажется, я должна. Из всех моих Пар ты ранил меня сильнее всего. Декс резал мою плоть, и каким-то образом то, как ты со мной разговаривал свысока, ранило ещё больнее.
— Я знаю. — Он склонил голову ниже, и слёзы с тихими каплями падали на мат. — Всё дерьмо, которое я сделал и сказал, постоянно прокручивается у меня в голове. Я считал тебя избалованной аристократкой, а ты не такая, но я не дал тебе шанса доказать обратное. Это моя вина. Я заранее всё решил о тебе и обращался с тобой так, будто ты меня обидела, хотя ты ничего не сделала. — Он втянул прерывистый вдох. — После того как ты вступилась за Декса, Скела и меня перед аристократами, я пошёл за тобой, потому что думал, у тебя есть какая-то грёбаная скрытая цель, а её не было. Я называл тебя столькими словами…
— Ты называл меня избалованной аристократкой, сукой и шлюхой при каждом удобном случае, — обвиняюще выдавила я, и слёзы прожигали дорожки на моём лице. — Ты выследил меня, чтобы сказать мне не лезть не в своё дело, после того как я пришла к тебе извиниться за то, что Дэрил питался от твоей души и вырвал твой пирсинг из перегородки носа. Это была не моя вина, что я прервала вашу с братом ссору, но ты вёл себя так, будто это была она.