— Понял.
— Раз поняли, тогда я жду перевод первой части.
Неведомый мне Исаев дал «отбой», а я включил компьютер. Перевёл в «Альфу» ровно две штуки баксов, скинул Исаеву подтверждение, что сумма пошла. Заодно проверил почту, перепулил пару писем Эрлиху. Не зная, как ещё убить время, просмотрел фокасты, откорректировал планы продаж, начал рассчитывать бонусы для своих менеджеров. Часа через три, когда я уже извёлся, мой телефон взорвался звонком:
— Алексей? Это Исаев. Информация о Ларионовой. Готовы выслушать?
— Безусловно, — в тон Исаеву ответил я, стёк вниз по стулу и положил ногу на ногу. — Стреляйте, Андрей.
— Тогда начнём. Итак, Ларионова Елена Григорьевна родилась в Москве, 2 ноября 1985 года. В 2002-м закончила московскую специализированную школу №1285 с углублённым изучением иностранного языка. Далее поступила в Российский Государственный Университет нефти и газа имени Губкина. Вышла с красным дипломом, но от аспирантуры отказалась. Первое место работы — дистрибуторская компания «Ирбис». Устроилась туда сразу же после университета. Занятно, но ровно через три месяца, после прохождения испытательного срока, была назначена на должность замдиректора по партнёрам. — Исаев сделал паузу, давая мне возможность спросить, а с чем, собственно говоря, связано повышение? Но я и так уже знал ответ на этот вопрос: так распорядился Кристенссен.
— Дальше, — потребовал я.
— Дальше? — Исаев фыркнул. — Ну, а дальше Ларионова Елена Григорьевна продолжает трудиться в той же самой компании, в той же самой должности. Открытых нареканий нет. Более того, её даже поощряли не раз.
— Вы это как узнали? — удивился я.
— Элементарно. Выдернул из новостных лент на сайте «Ирбис» даты ежегодных собраний и посмотрел соответствующие пресс-релизы. К ним обычно прилагаются фотографии, где награжденные руководством позируют вместе с грамотами. Не знаю, в курсе ли вы, но в «Ирбис» работает порядка полутора тысяч человек. И все два года, что Ларионова провела в этой компании, она была единственной, кто получал награды каждый год. И на мой взгляд, эта ситуация нестандартная.
— То есть вы считаете, что её не за что награждать?
— Нет. Я лично считаю, что у Ларионовой сложились очень хорошие отношения с её руководством, — отрезал Исаев.
«Это у неё с Кристенссеном сложились „очень хорошие“ отношения», — с досадой подумал я, начиная прозревать истину.
Дело в том, что в современном цивилизованном мире есть только две формы поощрения служащих: европейская и социалистическая. При европейском подходе вам регулярно дают бонусы, повышение в должности или компенсацию. При комсомольско-социалистическом, раз в год на общих собраниях, представляющих собой два часа тягомотных речей и фуршет из разряда «чай-бутерброды-кофе», вам вручают очень «ценный», и, главное, «полезный» приз: грамоту и кусок оргстекла под хрусталь с надписью: «За успехи». А прибыль, полученную от вашей работы, руководство кладет в свой карман. И если я, коммерческий директор, хоть что-нибудь понимаю в бизнесе, то Ларионова не получила ни копейки за «фальшдоки» под №№27/15, 322/42 и 088.
«Или — получила?..»
— Андрей, а вы смогли разобраться, как была куплена квартира Ларионовой, и есть ли у Елены Григорьевны дача или машина? — задал я Исаеву очень простой и очень конкретный вопрос.
— А вы зрите в корень, — усмехнулся Исаев. — Нет, у Ларионовой нет ни дачи, ни автомобиля — у неё даже водительских прав нет. Из собственности у неё только двухкомнатная квартира на Ленинском проспекте, в доме сто пять. Кстати, не новостройка. Квартира была приобретена на её имя пять лет назад. Не спрашивайте, как я узнал об этом. — («Видимо, Исаев очередной сайт взломал», — сообразил я.) — Но взнос за квартиру был сделан не Ларионовой.
— А оплату за квартиру не мог произвести её отец, который работал в Газпроме? — подумав, спросил я.
— Не мог. Абсолютно точно. Потому что в ПАО «Газпром», в должности вице-президента по разработке стратегических месторождений работал некто Ярослав Аркадьевич Ларионов. Но он умер за год до покупки этой квартиры.
— Подождите, — насторожился я. — А вы не ошибаетесь? Может, это был Ларионов Григорий Аркадьевич?
— Да нет, я не ошибаюсь, — Исаев усмехнулся. — Так что Ларионов Ярослав Аркадьевич Ларионовой не отец, а…
— … а отчим, — закончил я фразу. — Тогда кто же её настоящий отец?
— А вот этой информации нигде нет.
«Странно… А, может, деньги за квартиру Лене всё-таки дала её мать? Или — её архитектор?»