— Ну, Николай Николаевич, тогда я тоже историю вспомню, — пробиваясь через смех присутствующих, попытался вставить своё лыко в строку Староконь. — Только теперь про вас…
— Отставить! — Хорошее настроение вновь покинуло Зубова. — Станешь командиром — вспомнишь, а пока я тут рулить буду. Так что плавно переходим к делу. А дело такое: придётся вспоминать нашему замполиту навыки общения с оптикой.
— Нальёте, что ли?
— Сейчас!. Завтра к нам в часть на испытания доставят прицел.
Задача — принять по всей форме и определить в оружейную комнату…
Теперь по поводу «нальёте». Задача Шматко — с прицелом офицер прибывает. Встречу организовать надо. Из округа всё-таки…
— А мы гостям из округа всегда рады, поляну где накрывать будем? — угадал Шматко.
— В лесу поляну накроем, — скривился Зубов. — Возьмёшь бойцов, пойдёшь пни корчевать! Поляну ему подавай! Для начала у меня в кабинете столик организуем, а так посмотрим…
Подъезжающий «ГАЗ-66» только издалека казался обычным грузовиком. Груз, расположенный в его кузове, делал его грузовиком не обычным и даже где-то исключительным. Пока приехавший из округа майор здоровкался с офицерами, перед солдатами части вырисовалась классическая армейская задача. Кузов был забит ящиками, причём прицелом эти ящики не были. Были они грузом, которым грузовик заполнили уже после прицела. Вытащить прицел без того, чтобы сначала не выгрузить эти самые ящики, не было никакой возможности.
Лихо выпрыгнувший из кабины офицер так же лихо представился:
— Товарищ майор, майор Завьялов. Прибыл в вашу часть для проведения испытаний оптического прицела!
— Зубов, командир части. — Представившись, майор решил представить своих почдинённых: — Знакомьтесь — заместитель командира второй роты Смальков, взводный — лейтенант Шматко.
— Шматко, ты задачу по выгрузке понял? — поинтересовался майор. — «Матрицу» смотрел? Вторую серию?
— Не, только первую… — В голосе лейтенанта слышна была нескрываемая надежда на то, что кино может помочь в переносе грузов.
— Ну вот, сейчас вторую посмотришь… «Перезагрузка» называется… — мрачно пошутил майор. — Ну что, майор, пойдём в штаб?
Как говорится, познакомимся поближе? — проводив взглядом убежавшего за бойцами Шматко, предложил Зубов.
— Только реквизит для знакомства захвачу. — Приезжий майор достал из кабины дипломат.
— О! Да у вас там ознакомительный процесс поставлен как надо! — порадовался Зубов.
— А то! — ухмыльнулся майор.
— Что за ознакомительный процесс? — кивнул Смальков на дипломат.
— Подпустим поближе — разберёмся, — Зубов был вовсе не так рад, как он это показал приезжему. — Ты, Смальков, иди, проследи, чтобы Шматко в матрице не заблудился…
Не так тяжело разгружать ящики… Но как только задумаешься, что выгружаются они из машины только для того, чтобы вновь быть туда засунутыми, — вес ящиков возрастает ровно в два раза.
— Товарищ лейтенант, а работы, если по-умному разобраться, на две секунды.
— Ты что, Гунько, твоя девичья фамилия Коперфилд, что ли? — заподозрил Шматко.
— Разрешите проявить смекалку, товарищ лейтенант!
— Ты будешь смекалку проявлять, а я — машину разгружать?
— Так, может, и разгружать не придётся, — озадачил сержант. — Офицер, который прицел привёз, точно знает, что ящик с прицелом первым в кузов грузили? Так?.
— Ну? И что? — не въезжал Шматко.
— Так, может, со стороны кабины зайдём? Так сказать, с тыла!
Аккуратненько удалим доску…
— Ага! Брезент ещё порежем, — прищемил хвост смекалке Шматко. — Отставить фокусы! В уставе что написано? «Солдат должен стойко переносить все тяготы и лишения воинской службы…» Ключевое слово какое?
— «Должен».
— Нет, Гунько! Ключевое слово здесь — «Переносить»! Так что хватит мне тут мозги компостировать! Работайте, Акопяны… Ляськи- мосяськи… Хоттабычи, трах-тибидох…
В штабе тем временем шла разгрузка другого рода.
— Ну, что, пожалуй, начнём? — предложил майор Завьялов.
На столе Зубова образовалась довольно увесистая пачка бумаг, извлечённая приезжим офицером из дипломата.
— По ходу испытаний придётся заполнять формуляры. Сила ветра, расстояние, темп, стрельбы, процент попаданий… В двух экземплярах. В НИИ требуют… И ваша подпись, товарищ майор…
— Понимаю, — разочарованно произнёс Зубов, параллельно закрывая ящик стола, в котором осталась невостребованной пара гранёных стаканов.