— От кого? — засомневался Зубов.
— Как от кого? — разулыбался майор Завьялов — От НИИ!
Формуляров насобиралось прилично, даже не верилось, что всё уже позади.
— Быстро вы справились, — удивился майор.
— А то! Мы же МОТО-стрелки. А не вело-фото, — гордо ответил Шматко.
— Ну, что, скоро убываю… Пойду, по части вашей пройдусь…
Может, ещё одну перевязку в санчасти успею сделать…
В санчасть заезжий гастролёр не успел…
— Товарищ майор, за вами машина пришла, — доложил дневальный.
— Надо же, как не вовремя, — повеселел Староконь…
Не успела от штаба отъехать машина с майором Завьяловым, как в кабинете майора раздался звонок.
— Зубов слушает… Здравия желаю, товарищ полковник!. И вам того же!. Так точно… Спасибо… Кто должен приехать?. А, так он уже не должен, он только что уехал… Да… Серьёзно?. Да нет, ничего…
По телефону явно докладывали про уже успешно отбывшего офицера. Степень любопытства замполита дошла где-то до десятого балла по семибалльной шкале.
— Спасибо за предупреждение, — закончил разговор Зубов. — Лучше поздно, чем никогда…
— Слышь, Степаныч, ты охотничьи байки любишь? — не к месту поинтересовался Зубов.
— Я охотничьи колбаски люблю, — съехидничал Староконь.
— Эта байка повкуснее колбасок будет. Ну, устраивайся поудобней, я сейчас тебя этой колбаской кормить буду… — Рассказ у Зубова всё не начинался — смех разбирал…
— Не томи, Николаич! — взмолился замполит.
— Короче… Оказывается, есть у нас в штабе округа заядлый охотник — генерал-лейтенант Захаров. Он недавно из Пакистана вернулся. С выставки. Там ему прицел подарили…
— Кто подарил?
— Кто, кто… Талибы! Я откуда знаю? В общем, улавливаешь, что мы тут с тобой пристреливали?
— Да уж не тупой…
— Прикинь, оказывается, этот Завьялов — адъютант нашего охотника. Тот ему задачу поставил, а этот умник выбрал часть, которая банькой славится, — и вперёд! Двух зайцев сразу убил: и прицел испытал, и отдохнул, попарился…
— Да уж… Ещё и третьего зайца хотел завалить, — разозлился Степаныч. — В санчасть ему, видите ли, надо — бандит однорукий…
Глава 33
— В общем, ставлю общую оценку за стрельбы — «хорошо»! — подытожил совещание в штабе, посвящённое стрельбам, майор Зубов.
— Хорошо! — эхом отозвался Шматко.
— Плохо, Шматко, плохо! В нашей ситуации стрелять надо — как на чемпионате мира по биатлону!. — перехватив взгляд Кудашова, Зубов поправился: — В любой ситуации так надо стрелять! Ты, Шматко, когда курил, сигареты и то лучше стрелял.
— Не волнуйтесь, товарищ майор, мы своё на проверке наверстаем!
Это же предварительный результат, а на проверке вообще всё будет хорошо!
— «Всё будет хорошо» — это ты Верке Сердючке скажешь, а мне надо, чтобы всё было «Отлично»! Ладно! Отстрелялись сегодня и правда, ничего. Я бы даже сказал — очень даже ничего… Хотя, вас бы самих к мишеням поставить — тогда бойцы точно не промахнутся! Так, замполит, что у тебя?
Замполит полистал блокнот и наконец промямлил:
— Да, в принципе, уже всё сказано… Ждём комплексную проверку.
Обещали проверять не только стрельбы, а буквально ВСЁ! Так что нужно поработать с личным составом, настроить народ на боевую волну…
— Некогда нам настраивать, — вмешался Зубов, — давайте применим самонастраивающую систему.
— Это как?
— Это так: передайте личному составу — лучшие поедут в отпуск!
Это моё слово!
Бабушкин ещё не так давно был одним из лучших. Сейчас — худшим. У Бабушкина была депрессия. Она пришла к нему по почте в виде письма, которое сейчас и лежало перед ним на кровати…
— Да ладно тебе, Серёга, — пытался вывести его из кризиса Нелипа, — настоящий «Бабула» без бабы никогда не останется!
— Дурак ты, Берёза… И шутки твои — дуры. Такой, как Ленка, уже не будет…
— Ой, только не надо этих мыльных слов! Н-да… Слышь, Серёга, а может, это всё — шутка? Ну, не бывает, чтоб так вот на ровном месте — бац! И всё, прошла любовь, пишите письма!
— Бабула, ты чего такой мрачный? Ты ж сегодня стрелял, как этот… сибирский охотник! — это подошёл Соколов.
— Мы тут сейчас по части шли — столько одноглазых белок на деревьях — жуть! И все тебя вспоминают, — добавил Фахрутдинов.
— Отвалите, не видите — человеку без вас тошно! — встал на защиту земляка Нелипа. — Ему тут письмо пришло…
— От подруги? Угадал?
— Почти. От мамаши её. Пишет, чтоб отвалил. В общем, схема старая: доча выходит замуж, забудь, солдат, не для тебя ягодку растила…