– Спроси чего полегче, - сказала Барби.
– Нет, это ты спроси у своих экспертов по культуре, - перехватил я инициативу. - Я ведь больше по железу, Дэн - по мясу, а культура - твоя. Вот и давай.
– Вот и дам сейчас… кому-нибудь по голове. Отвалите! Дайте хоть поесть нормально! За завтраком - и о покойниках, тьфу!
Убежден: Варвара возмутилась неприличием темы застольного разговора, только чтобы уйти от ответа. Она не очень-то трепетная натура. Те, кто краснеет от скабрезностей и падает в обморок при виде червяка в салате, не летают к Кулюгулю.
Но вечером, когда мы вновь собрались втроем, она поманила пальцем нас обоих - меня и Дэна.
– Я узнала.
Мы насторожили уши.
– Аборигены радуются на похоронах, если покойник умер, не превратившись в бобугаби. Или же у него не появилось бобугаби. Я не совсем поняла.
Мы переглянулись.
– Гм… - промычал Дэн. - Это, конечно, очень интересно. Но что такое бобугаби?
– Не знаю! - заявила Варвара. - По-моему, они увиливали от ответа. Мне кажется, мои расспросы были им неприятны. Впрочем, не уверена…
– Ну? - спросил я.
– Я только и поняла, что бобугаби - это что-то биологическое.
– Ну? - спросил теперь Дэн.
– А то и «ну», что теперь это по твоей части, - отрезала Барби. - Ты ведь у нас биолог.
С тем и ушла к себе. Торжествующе. Многие женщины любят торжествовать над мужчинами, и, надо думать, ошарашенная физиономия Дэна доставила нашей Барби истинное удовольствие. Я хихикнул.
– Вот завтра я выясню, что бобугаби - это нечто техническое, тогда похихикаешь, - мрачно предрек Дэн.
– Не страшно. Уж не думаешь ли ты, что у кулюгулян в старости сами собой отрастают механические протезы? - поддел я его.
– А вот я выясню, что и где у них отрастает…
На следующий день ему, однако, ничего не удалось выяснить, потому что был «не наш» день и эксперты-кулюгуляне - два котообразных субъекта - обиженно мяукали, когда мы их спрашивали о чем-то. Спрашивать полагалось им, а нам - отвечать. Мне, например, пришлось целый день втолковывать кулюгулянам, что такое маркетинг и почему нельзя производить ровно столько продукции, сколько требуется. Я весь взмок. Экономист я разве? Я инженер. Мною овладело предчувствие (впоследствии оправдавшееся), что это еще цветочки - ягодки начнутся, когда по возвращении на Землю наши эксперты будут у меня выпытывать, почему плановая экономика кулюгулян вот уже которое столетие работает вполне прилично и совершенно не намеревается саморазвалиться.
– А знаешь, - сказал мне Дэн вечером, - по-моему, бобугаби для местных - нежелательная тема. Не то чтобы табу, но…
– Непристойная, что ли?
– Точно. Мой котяра аж зашипел, когда я его прямо спросил о бобугаби…
– Может, это из-за того, что их день? Они пунктуальные…
– Зато завтра наш день будет. Я еще попробую. И ты пробуй. Мы попробовали.
– Целый день только и делал, что спрашивал, - жаловался Дэн вечером. - По-моему, они водили меня за нос. Болтали очень много, а толку никакого. В конце концов я их прижал, и они заявили, что все материалы о бобугаби были нам переданы среди прочих сведений о физиологии аборигенов. Очень может быть. Я поищу. А как твои успехи?
– Я просто спросил, где можно увидеть бобугаби. Ответ: нигде. Кажется, мой эксперт заранее знал, о чем я стану выпытывать.
– Ну ясно, знал. Мы третий день только и делаем, что говорим о бобугаби. Знать бы еще, что это такое.
Мы помолчали.
– Давай-ка перевернем ситуацию, - сказал я. - Допустим, не мы прилетели к ним, а они к нам. Есть у нас на Земле что-нибудь такое, чего мы не захотим показывать гостям?
– Еще бы!
– А из числа анатомических или физиологических явлений?
– Да? А что в человеческом организме есть такого, чего нам следовало бы стыдиться?
– Хм… Недостаточный объем мозга.
– Все в мире относительно. Мой достаточен.
– Тогда хватательный рефлекс у младенцев. У мам давно уже нет шерсти, а эти все норовят ухватиться за нее и повиснуть, как макаки.
– Не испытываю никакого стыда от того, что человек произошел от обезьяны. Со всяким может случиться.
– Диарея? Элефантиаз? Паховая грыжа? Кретинизм? Дэн пренебрежительно сморщился.
– Мы бы им это показали. Повозили бы их по клиникам, только и всего. На всякий случай пояснили бы, что они видят не норму, а отклонение от нее…