5 Глава
Город изменился с последнего моего визита сюда. Богатых домов стало намного больше. Люди, ходившие по улицам, с удивлением и неким презрением смотрели на меня и Кэт.
-Чего это они такие? - спросила я.
-Они не привыкли видеть гуляющих подростков, - я улыбнулась, ведь мне уже 23, - все люди куда-то спешат, опаздывают. Редко кто смотрит по сторонам.
-Все стали роботами.
На меня налетел мужчина средних лет, в смокинге и галстуке. Так получилось, что когда он врезался в меня, он сдернул шелковый шарф. Я наклонилась помочь ему собрать упавшие бумаги с земли, как он воскликнул.
-Ваши шрамы!
Я вскочила на ноги и строго посмотрела на него.
-Простите, что налетела на вас!
Схватив Кэт за руку, я пошла подальше от этого странного мужчины. Но он не унимался. Быстро собрав бумаги, он догнал нас и спросил:
-Могли бы вы уделить пару минуток вашего времени? Я корреспондент утренней газеты!
Пришлось остановиться, чтобы не привлекать лишнего внимания.
-Что вам нужно?
-На вашей, простите, шее, имеются шрамы, видимо от веревки...
-Ближе к делу!
-Вы дочь Мэркельсона?
Мэркельсон... Фамилия моего отца... А я уже и забыла ее.
-С чего вы это взяли?!
-По слухам, у его дочери, имеются шрамы на шее и на спине...
-Больше верьте слухам!
Кэт злобно улыбнулась и наступила мужчине на ногу. Мы быстро дали деру. Пробежав несколько кварталов, мы остановились и начали дико смеяться.
-Кэт, да ты бандитка! - я заливалась смехом.
-Кто бы говорил!
Еще примерно пол часа мы гуляли по улице. Я осматривала новые магазины, новые постройки очень отличались от довоенных, даже материал был иной. Я заметила, что в городе нет никакой растительности. Ни деревьев, ни кустарников, даже клумб нет. Только через время я поняла, кислород поставляют насосы, а растения просто не нужны. Кэт рассказывала мне последние новости, но я почти ее не слушала.
-И тогда он ее бросил! - Кэт засмеялась, - эй, ты меня слушала?
-Что? ...да, конечно да.
-Что тебя беспокоит?
-Я... просто задумалась.
Девочка стала передо мной и поставила руки в бока. Ее взгляд говорил сам за себя. Мне пришлось сдаться.
-Я думала про одну девушку... Думала, было бы классно встретить ее здесь, под куполом. Раньше она жила вне его, хотя, сейчас скорее всего все еще там...
-А как ее зовут? Я тут многих знаю!
Я улыбнулась и пошла дальше. Кэтрин шла со мной нога в ногу. Когда ее не видит мой отец, он очень свободно себя ведет.
-Даша. Ее зовут Даша.
Я понятия не имею как она выглядит, как я ее найду? Я ведь дала слово, что буду защищать ее, я должна его сдержать. Кэтрин остановилась и удивленно посмотрела на меня.
-Ты чего? - спросила я.
-Я знаю девушку с таким именем... Она как раз раньше жила за куполом, но...
-Какие могут быть "но"?! Показывай, где она живет!
***
-Какого хрена так плохо вымыт пол! - раздался скрипучий, и если бы голос можно было классифицировать по стадиям разложения, прогнивший крик заядлого курильщика.
Невысокий мужчина, сорок пять лет, с пробивающейся лысиной, негодуя сверлил пол бычьим взглядом, его глаза, маленькие свинячьи глазки, просто наливались кровью. Милая девушка, 18 лет от роду, развешивая белье после стирки, покорно ссутулившись, закрыла глаза, нервно вздохнула. Он вернулся, и вернулся в очень плохом настроении, следовательно, сегодня она охватит сполна... Хозяин и так часто избивал ее по любой мелочи, а в такие дни приходилось хуже всего, ей жутко везло, если дело заканчивалось парой синяков и разбитым носом. Так этот подонок насиловал ее и бросал в погреб на всю ночь, в жуткий холодный погреб, где открываются все страхи человеческой сущности! Но для Даши погреб стал вторым домом. Изредка, когда хозяин напивался, она пряталась там, в надежде, что он уснет и на утро, ничего не вспомнив, пойдет на работу. С тех пор как началась война, Дашиной семье пришлось не сладко, в высших кругах общества они не стояли, так что пришлось скрываться по разным заброшкам или оставаться на ночь, другую, если повезет, с другими беженцами в метро.
Потом, когда среди ночи напали военные, началась суматоха. Маленькая пятнадцати летняя девочка потерялась в толпе, она стояла и вглядывалась, с надеждой в глазах, в мелькающие лица, на которых застыл ужас. Бедняки пытались дать отпор, но все увенчалось провалом. Военные разбили в щепки беженцев, почти не неся потерь, со своей стороны.
Дашу и всех молодых девушек собрали в кучу и забрали под купол. Последнее, что она помнит по ту сторону купола, мертвое-бледное лицо отца, лежащего рядом с другими погибши собратьями.