— Тох, ты чего? — спросил он.
Но тот не ответил. Некоторое время он молча смотрел на выход напряжёнными до боли глазами.
Я обратил на него внимание и тоже повернулся в сторону дверей. Некоторое время мы пялились на выход молча. Я ничего не видел, но и сказать, что Антону что-то просто показалось, тоже не мог. Всё-таки, со зрением у меня были небольшие проблемы, хотя очков я не носил.
Лишь спустя минуту, которая в этот момент мне показалась целой вечностью, Антон сказал:
— Там есть кто-то… Мимо бреши вот прошёл. Тень какая-то…
Вася даже зажмурился и подался вперёд, а у меня сердце застучало ещё сильней. Кто там может быть такой высокий и широкий, что Антон увидел его с такого расстояния да при таком освещении?
— Да не, показалось, наверное. — Наконец Антон медленно опустился, но взгляд его так и не уходил с дверей.
Тут сверху раздались гулкие шаги, разлетевшиеся эхом по пустому и тёмному вестибюлю. Вниз кто-то спускался. Мы немного встряхнулись и обернулись назад. Привидение Антона не только завлекло наше внимание, заставив аж забыться, но и нагнало немного дрожи.
По лестнице спустился Андрей Скворцов – один из троих охранников. Он же занял пост главы дозора, и под его началом караул вели ежесуточно, не прекращая никогда.
Ему было за сорок, он был высок и строен. Служил раньше в рядах Вооружённых сил России. Армейская выправка, опыт боевых действий в Чечне, а также умеренный характер отлично слаживались на организации дозора. Студенты его слушали и уважали, а он, в свою очередь, с большим уважением относился к своим старшим коллегам.
Спустившись к нам, Андрей шагнул в освещённый багровый островок и осмотрел нас. На нём была тёмная охранная униформа, немного засаленная и поношенная от времени, а на голове сидела такого же цвета кепка. Вместе с ним к нам спустился один из студентов.
— Так, парни, пересменка. Павел, давай на стену иди, а Толя тебя здесь заменит. Остальные пока тут будьте, — скомандовал Андрей.
Я молча поднялся и, взяв у спустившегося студента его респиратор, поднялся по левой от центра лестнице и канул во тьму.
На втором этаже было также мрачно. Весь центральный корпус здания освещался весьма скудно. На первом этаже, в вестибюле, источником света был костёр. На втором же у стен на расстоянии шести шагов друг от друга стояли столы, на которых горели керосиновые лампы. Таких столов в продольном и широком коридоре было всего шесть, и свет, льющийся из закопчённых стеклянных ламп, едва доходил до противоположной стороны. По образу и подобию освещались и два других этажа, что были выше. После катастрофы электричество стало дефицитным ресурсом. И его использовали только для самых важных целей. А давали его нам генераторы. Во время одной из первых вылазок в ближайшем гипермаркете поисковики нашли пару уцелевших и приволокли их сюда. Они оказались рабочими, но так как их у нас всего пара штук, используются они строго по расписанию.
Я ненадолго остановился возле лестницы. Продольный коридор в центре разделяли две двустворчатые стеклянные двери, что образовывало буферную зону, по двум сторонам которой уходили вверх и вниз бетонные лестницы. Всматриваясь во мрак второго этажа, я до сих пор не мог понять, зачем он был так расчленён. И в былое время эти двери были всегда открыты. Лично мне казалось, что в случае какой-либо чрезвычайной ситуации они могли создать препятствия во время эвакуации.
Потом я повернул направо и пошёл по коридору. Встречающиеся через каждый пятый шаг огоньки в замутнённых стёклах керосинок прорезали серый бетонный пол полосами тёплого неровного света, и когда ступаешь на эту короткую световую дорожку, на полу рождается блеклая тень, быстро появившись в чуть озаряемом вертикальном отрезке и тут же канув в темноту вместе со своим «хозяином».
Впереди показался силуэт, чуть освещённый стоящей в конце коридора последней лампой. Студент, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, умиротворённо насвистывал себе что-то под нос. Когда я подошёл к двери аудитории, он повернулся ко мне.
— О, Пашок, здорово. Тебя сюда вместо Толяна отправили?
Я лишь молча кивнул, кладя ладонь на рукоять двери. Не спеша открывать её, поинтересовался:
— Сегодня тихо было?
— Да, пока ничего странного не привиделось. Ну, думаю, в любом случае стоять на стене куда интереснее, чем сидеть в вестибюле.
Караульному, которого звали Юра, видимо, было очень скучно и ему хотелось поболтать, пусть даже и самую малость.