*****
- Ты раньше подвергалась допросу с применением сыворотки правды?
- Нет.
Я сижу на том же стуле, что ранее занимал Роберт. Напротив меня стол, на котором лежат планшет, сканер для считывания штрих-кода и портативный мини-холодильник, использующийся для хранения сыворотки правды. Справа от стола у противоположной от входа стены стоит кушетка.
- Что ж, - Алан выуживает из недр холодильника шприц, - для начала использую стандартную дозу. Посмотрю на твою реакцию. Будет нужно, добавлю ещё.
Алан подходит ко мне. Замечая мою напряжённость, просит:
- Расслабься, Ребекка. Ты же должна понимать, раз Роберт благополучно прошёл допрос, то для тебя он носит скорее формальный характер. Собственно, я изначально не особенно верил в то, что ты окажешься связанной с министерством.
- Почему же ты тогда пригласил именно Рикки приглядывать за мной? - вздрагиваю, не сдержав болезненного стона. Алан медленно вводит сыворотку, а мне кажется, что мои сосуды наполняются жидким пламенем. Ощущение жжения начинает сразу распространяться от области укола, постепенно охватывая всё тело.
Алан внимательно наблюдает за мной, одновременно отвечая на вопрос:
- Роберт знает, что Рикки чуть не убил тебя тогда в борделе. Хотел понаблюдать за его реакцией на встречу с ним.
- Зачем?
- Бекки, - снисходительно улыбаясь, произносит Алан, - задавать вопросы - моя прерогатива.
Мне уже не до разговоров. С каждой секундой ощущение жжения становится всё сильнее. На лице выступает испарина, а тело начинает бить дрожь. На мне надета блузка с короткими рукавами. Замечаю, как на открытых участках кожи появляются красные пятна.
Я знаю, что в течение пяти-десяти минут после введения сыворотки правды при стандартной реакции на неё человек расслабляется. За это время к штрих-коду присоединяют сканер, с помощью которого передают данные о допрашиваемом и его состоянии на носитель со специальной программой. Она выполняет несколько важных функций: записывает получаемую во время допроса информацию, отслеживает состояние человека и уровень его искренности.
Алан, следуя протоколу, производит необходимые манипуляции со сканером, одновременно внимательно наблюдая за мной. Он хмурится, отходит к планшету, обеспокоенно всматриваясь в экран.
Жжение постепенно перерастает в боль. В глазах начинает двоиться, появляются головокружение и тошнота. Никакого расслабления я не ощущаю. Наоборот, мышцы сводит судорогами, да так, что пальцы на руках непроизвольно сжимаются в кулаки, которые я не могу разжать, как ни пытаюсь.
- Алан, больно... очень, - на то, чтобы выдавить из себя эти три слова, уходят последние силы. Всевышняя мать, мне кажется даже в ту ночь, когда ко мне приходил Рикки, не было так больно.
Уже находясь на грани потери сознания, слышу, как открывается дверь. Вижу Роберта, склоняющегося надо мной. Он что-то говорит, но я уже не могу разобрать его слов, проваливаясь в спасительную темноту.
*****
- Бекки.
Так хорошо. Боли нет. В теле ощущается лишь приятная расслабленность. Не хочется шевелиться. Просто открыть глаза кажется непосильной задачей. Перед глазами пляшут цветные пятна, сливаясь в причудливые узоры... красивые. Я могла бы любоваться ими вечнос...
- Бекки!
Лёгкие похлопывания по щекам не дают мне возможности вновь погрузиться в такой желанный то ли транс, то ли полусон. Со стоном разочарования открываю глаза. Цветные пятна рассеиваются, постепенно удаётся сфокусировать взгляд, и первый, кого я вижу перед собой - Роберт. Он выглядит странно. Не сразу, но понимаю, что с ним не так: он взволнован и растерян одновременно. И это так на него не похоже, что я начинаю сомневаться, а не галлюцинация ли он?
Но рядом с Робертом появляется Алан. В одной руке держит шприц, второй пытается задрать рукав моей блузки.
- Я сам, - Роберт выдёргивает шприц из его пальцев, вновь оборачивается ко мне. Спрашивает, осторожно поглаживая по щеке: - Бекки, сможешь сесть?
До меня только в этот момент доходит, что я лежу на кушетке, а Роберт сидит с краю, склонившись надо мной.
Во рту пересохло, горло скребёт, и первое слово не удаётся нормально проговорить. Потому просто утвердительно киваю головой.
Роберт помогает мне сесть. Приподнимает рукав блузки. Понимая, что он собирается сделать мне укол, отшатываюсь в сторону, зажимая обнажённое плечо ладонью.