Надя округлила глаза, вдавилась в спинку кресла.
— Я стал мистиком вчера вечером. А сегодня меня два раза чуть не убили! Заперли на бесконечной Парковке. Хотели отрезать руки и бросить черт пойми где!
Воцарилась тишина. Я переводил дух, а Надя обдумывала мои слова.
— Подумай логически, — осторожно начала она. Мои надежды хрустнули, но устояли. Пока что. — Двое быстрее выплатят долг, чем один. Мы прикроем друг другу спины.
Надя говорила моими словами. Я тоже думал, что сделай эта женщина из Миши, Кати и Дениса мистиков, долг бы испарился, и все бы выжили. Разумное решение. Но прибавь к трио Надю, и все перевернется с ног на голову.
Скрытые хитры и коварны, а сами мистики недалеко ушли от магических чудовищ. Мистицизм опасен. Наде лучше держаться в стороне.
— Нет, — ответил я. — Ради твоего же блага.
— Ради моего блага? — переспросила она. — Какого хрена ты решаешь за меня? Ты говоришь как мама!
Ее слова застали меня врасплох. Я поступаю, как эта женщина?
«Я защищаю тебя, — подумал я. — Ты не понимаешь».
— Давай обменяемся письмами, — предложила Надя. — Мама же писала тебе?
— Да, — отвел я взгляд в сторону. — Они в моем рюкзаке.
Надя посмотрела на моего «верного друга», что лежал на краю стола.
— Прошу, — сказала она.
Не тронула его, не вывалила наружу внутренности и не покопалась в моих вещах. Приятно, когда тебя уважают.
Работники приюта видели в бездомных пиявок, паразитов на теле общества. И вели себя с нами подобающе.
«Спасибо», — мысленно поблагодарил я.
Шагнул к рюкзаку и вытащил два вскрытых конверта. Мои сегодняшние приключения слегка подмяли их.
Надя положила на стол скомканную бумажку, пододвинула ближе ко мне.
Мы обменялись посланиями.
Я развернул записку и прочитал:
Данное письмо написано для Надежды Рязановой.
Дорогая Надя, знаю, наши отношения не назвать приятными. Подростковый бунт дает о себе знать, а я далека от образцовой матери. Но прошу, внимательно прочитай письмо, и любой ценой внемли каждому слову, каждой букве послания. От него зависит твоя жизнь.
Магия существует. Герои сказок и легенд ходят среди людей. И они не похожи на воображаемых дураков, каких описывают в очерках детские писаки. Они хитры, жестоки и чрезвычайно опасны. Многие из них застали крещение Руси, а редкие представители кочевали с нашими предками в давние времена.
Ты знаешь о них, а они о тебе. С твоего дня рождения они покажут себя. Не бойся и не делай глупостей. На обратной стороне властвует равноценный обмен. Поэтому они не убьют тебя, ведь человеческая жизнь крайне дорога, а наши враги те еще скупердяи.
На нашей семье висит огромный долг. Миша, Катя и Денис уплатили своими жизнями большую часть. Теперь твоя очередь. У тебя есть год, чтобы выплатить его, иначе мир сам заберет тебя.
Я подготовила меры, сделала ставку на Теодора. Безрассудный ход, но иного не осталось. Эта история не закончится трагедией. Ведь я уже провалилась.
Не покидай город в этом году и доверься Теодору.
Рязанова Мария Святославовна.
Я поднял взгляд на Надю — мы дочитали письма одновременно. Она отбивала указательным пальцем по столу нервный ритм и смотрела в пустоту перед собой.
Содержание писем этой женщины не отличалось, но Надиному послание не хватало подробностей: ни величины долга, ни дальнейших указаний. Лишь мутные описания. Часть меня ликовала, что наконец-то эта женщина не обделила меня. Наконец-то я не позади. Но другая часть откровенно негодовала: почему эта женщина оставила Надю в неведении? Почему в последнем послании не открылась и не показала и жалкой доли настоящих чувств любимой дочери? Почему оставила мне два письма, а Наде — одно?
Чутье резвой мухой металось перед носом, ни на секунду не замирая на месте. Раздражало, мельтешило перед глазами и жужжало вовсю. Да так энергично, что не прихлопнуть.
Я отмахнулся от него.
«Накручиваю себя», — подумал я.
— … мистиком, — пробормотала Надя.
— Ты что-то сказала.
— Я стану мистиком. И ты меня не остановишь.
Я простонал.
— Я решилась. Будь добр, не мешай.
— Ладно, — поднял я руки и потянулся к рюкзаку. Сама откажется, когда поймет, насколько тяжело учиться магии.
Вытащил блокнот с заметками и протянул ей.
— Здесь конспекты. Надеюсь, ты одумаешься.