«Наступает!» — Мэзэо выставил руку вперёд и создал вокруг себя стену из чёрных шипов, но юноша за секунду перерубил все иглы, задев ещё и бок проклятого.
Джун на этом не остановился — продолжал летать вокруг своего врага, и Мэзэо ничего не оставалось, кроме как защищаться, даже не думая о контратаке.
«Такими темпами он и правда меня убьёт!» — пронеслась мысль в голове у проклятого.
Куросава не мог поверить, что этот парень может быть настолько сильным... Нет, в самом начале боя он таким и не был.
Джун одни за другими разрубал чёрные шипы, но проклятый почти сразу на месте старых создавал новые, из-за чего юноша никак не мог задеть своего оппонента.
«Быстрее!» — продолжал твердить Фукута, ещё интенсивнее рубя чёрные копья, но достать Мэзэо так и не получалось. — «Нужно еще быстрее!» — продолжал думать парень, срубая всю защиту своего врага.
Махать ножами становилось сложнее, но Фукута, даже несмотря на это, становился всё быстрее и быстрее. Силуэт становился все более расплывчатым, и только порывы ветра давали Мэзэо информацию о его местонахождении.
Хлипкая защита проклятого вновь была изрезана на мелкие куски, но вот только в этот раз Куросава не успел создать новый щит из шипов: за секунду по всему телу мужчины появилось огромное количество глубоких ран, а их создатель наконец остановился.
Обессиленный Мэзэо упал на колени, не в силах двинуться. Кровь из ран текла ручьём, а энергии еле хватало на то, чтобы не отключиться.
Джун также чувствовал себя ужасно. Из парня будто выжали все соки, дышать становилось тяжелее с каждой секундой. Казалось, стоит ему закрыть глаза хоть на секунду — и он уснёт навсегда.
«Грёбаное тело, двигайся!» — его враг всё еще был жив, и нужно было совершить последний рывок.
Фукута во что бы то ни стало должен выиграть!
Ноги еле слушались, а руки сильно дрожали, но юноша, терпя всё это, согнул колени и оттолкнулся от земли.
Это была его последняя атака, и нужно вложить в неё всю силу, которая только осталась.
Джун с огромной скоростью бежал на врага, выставив правую руку с ножом вперёд.
Надо закончить за один удар, ведь на большее руноюзера не хватит.
«Пожалуйста!» — взмолился Фукута. Ради людей в городе, отдела и... Казуо он должен прикончить этого ублюдка!
Но когда до столкновения остались считанные секунды, время вокруг Джуна внезапно замедлилось. Острие ножа медленно начало входить в плечо проклятого.
Парень в последний раз посмотрел на лицо проигравшего противника.
Однако увидел он на нём не страх, не боль, не печаль от поражения. Он увидел там улыбку.
«Что?» — удивился Фукута такому поведению.
И, словно в ответ на этот вопрос, из пола под ногами парня с треском резко вылезли несколько десятков чёрных шипов и проткнули его тело насквозь.
Фукута застыл на месте с вытянутой рукой, где был ранивший проклятого кинжал, всё ещё не успев осознать произошедшее. Мэзэо же до сих пор был прямо перед ним с широкой улыбкой на лице.
По холодным шипам в большую красную лужу ручьём стала течь кровь.
— Фух, ну и заставил ты меня попотеть! Лидер был прав — тебя и правда стоило убить сразу, сам виноват! — сразу же воспрял духом Мэзэо, смотря на истекающего кровью парня.
Куросава отошёл, и нож, который ещё секунду назад находился в руках Джуна, со звоном упал на безжизненный пол.
— Будь ты на нашей стороне, мы бы уже давно захватили власть. Жаль даже терять такой кадр, — сказал Куросава и внезапно для себя закашлял кровью. Атаки Джуна не прошли зря — проклятый был достаточно сильно ранен, но мог стоять на ногах.
Мэзэо вновь взглянул на поверженного врага, но увиденное заставило его опешить.
Руноюзер всё ещё не двигался. Но вот глаза, казалось бы, уже безжизненного парня вдруг засветились жёлтым.
— Это что вообще?.. — спросил Куросава, но ответа не последовало.
Сознание Фукуты угасало, но в последние мгновения туда стали лезть воспоминания.
Странные воспоминания. Воспоминания, которых не было. События, которые с парнем никогда не происходили.