Говорят, перед смертью перед глазами проносится вся жизнь, и, может, это было именно это явление. Но почему-то вся жизнь Джуна отличалась от той, что он вспомнил.
И парень отчего-то точно понимал: несмотря на это, воспоминания не были чужими.
От возникавших в голове кадров из «другой» жизни юноше было крайне больно.
Но откуда они возникли? Почему приходят именно сейчас?
А Мэзэо тем временем удивился ещё сильнее и закричал:
— Как ты... попал сквозь завесу?! — его взгляд был устремлён уже не на Джуна. Широко открытые глаза смотрели на выход из комнаты.
«Что, чёрт возьми… происходит?»
— Какого чёрта ты творишь?! — послышался до боли знакомый, полный ненависти голос. Фукута, вопреки угасающему сознанию, узнал, кому именно он принадлежит, но совсем не был готов услышать его сейчас.
Послышалось несколько громких взрывов, и вот уже перед Джуном стоял не проклятый, а его лучший друг, Казуо Нагано.
До того никак не исчезавшие шипы бесследно испарились, наконец освободили Фукуту, заставив того плюхнуться в красную лужу.
Нагано тут же перевернул тело своего друга на спину и заглянул ему в глаза.
— Не умирай... пожалуйста... — взмолился парень, а из его отчаявшихся глаз на лицо Джуна падали капли слёз.
Тот направил на друга взгляд, в котором почти не осталось никакой силы.
— Я... снова... тебя подвёл, — хрипло выдавил из себя Фукута вместе с брызгами крови.
— О чём ты?! Ты ещё ни разу меня не подводил! И сейчас не подведёшь! — с надеждой выкрикнул Казуо, вытирая без конца льющиеся слёзы.
Но Джун эту надежду невольно оборвал, без возможности этому как-то противостоять.
— Не тут… Прости… — еле проговорил он и закашлял. Хоть каждое слово и давалось ему с трудом, молчать он не мог.
Только не после того, что вспомнил.
Нагано во весь голос прокричал что-то ещё, но даже так Джун его уже не слышал. Сознание полностью покинуло парня.
— Эй, я тебе не мешаю?! — окликнул Куросава полностью поникшего Казуо и, дабы окончательно отвлечь того от скорби, атаковал его длинной спицей.
Нагано, к счастью, успел выставить перед собой левую ладонь, и Мэзэо проткнул её насквозь. До лица парня он не достал, и ему пришлось отпрыгнуть.
— Точно, вспомнил! Ты ведь тот парень, которому я недавно руну всадил! Теперь ясно, как ты смог пройти через мою защиту. Она для проклятых и не работает. Чёрт, сегодня точно не мой день, — весело тараторил проклятый. Казалось, тот факт, что Нагано смог пройти, ничуть его не расстроил.
Казуо, всё не отрывая взгляд от безжизненного тела своего друга, медленно поднялся и с полным злости взглядом наконец обернулся на Куросаву. И бывшее до того в его руке копьё спустя секунду стало растворяться в воздухе, оставив после себя большую дыру, из которой вниз по пальцам текла кровь.
Увидев, как спица пропала, тот слегка напрягся: обычно именно он решает, когда исчезает его тьма в том или ином проявлении. Сейчас проклятый ничего не сделал, а это означало только одно, пусть и это заключение казалось абсурдным...
— Ты что... поглотил мою си... — не договорив, Мэзэо вдруг услышал странный внезапный треск, заставивший его затихнуть, но не оставивший вопрос без ответа.
Из земли с огромной скоростью вырвался чёрный шип и почти проткнул голову проклятого насквозь, но Куросава успел вовремя нагнуться назад, и острый конец пронёсся над его лицом.
«Близко!» — осознал Мэзэо и толчком рук перевернулся, чтобы нормально встать на ноги. После этого он отошёл от Казуо так далеко, как только было возможно.
«Поглотил силу и сразу же ей воспользовался? Лидер был прав, Нагано явно стоит внимания», — подумал Куросава, всё ещё пытаясь прийти в себя после столь внезапной атаки.
Проклятый увлёкся своими мыслями и пропустил момент, когда Казуо исчез с места и появился справа от него с огромным, покрытым тьмой кулаком, который со всей дури заехал по лицу противнику, отправив того в полёт.
Куросава врезался спиной врезался в стену, выпустив изо рта весь воздух, и медленно скатился вниз, оставив после себя кровавый след. Из носа мужчины ручьями текла кровь, а сам проклятый еле пришёл в себя, когда увидел Казуо, держащего в руке огромное чёрное копьё.