Когда Кэрол присоединилась ко мне, мы приняли наши «питательные таблетки», запив их водой, и пошли в зону отдыха. По пути мы снова отрабатывали ПК на камешках, а я заодно рассказывал Кэрол о своих надеждах помочь Неде в 1976 году. Кэрол согласилась, что это хорошее применение моим быстро развивающимся Макро-способностям.
В какой-то момент я остановился с занесенной ногой: передо мной грелась на солнце двухметровая змея. Кэрол, очевидно, ее не увидела, потому что продолжала идти вперед. Я схватил ее за руку и потянул к себе.
Она удивленно посмотрела на меня, затем, вспомнив о том, что для меня здесь многое внове, обнадеживающе сказала:
— Все в порядке, Джон. Я не боюсь, потому что змея не может причинить мне вреда.
Кэрол взяла меня за руку, и я с неохотой подошел вслед за ней поближе к змее, на хвосте которой теперь отчетливо виднелись кольца-погремушки. Я остановился и сказал:
— Может быть, тебя, Кэрол, гремучая змея и не тронет, потому что ты не пугаешься, а вот я боюсь ее до смерти!
— Тогда оставайся здесь, — предложила Кэрол, — а я тебе кое-что покажу.
С этими словами она подошла к ядовитой гадине, наклонилась, просунула под нее руки, спокойно подняла змею и пошла с ней ко мне. У меня пересохло во рту, сердце учащенно колотилось под воздействием такой дозы адреналина, с которой с трудом справлялась нервная система. Змеи всегда пугали меня, и та, которую Кэрол держала в руках, не была исключением. Затем я услышал зловещее тарахтение, увидел, как голова змеи дернулась и приняла атакующее положение, а ее глаза смотрели на меня со смертельной угрозой.
— Пожалуйста, не подноси ближе, Кэрол, — запинаясь, произнес я и отступил на пару шагов.
Кэрол остановилась и начала успокаивающе разговаривать с раздраженной змеей, которую держала в руках. К моему удивлению, через несколько секунд яростное тарахтение прекратилось, и я увидел, как тело змеи начало расслабляться. Глядя на чудо, происходящее передо мной, я вдруг осознал, что с момента, когда Кэрол подняла змею, я был убежден, что ей ничего не угрожает, даже когда опасное: пресмыкающееся было больше всего рассержено. Я боялся только за себя. Я ощущал стыд и смущение.
— Я не виню тебя за то, что тебе было страшно, — сказала Кэрол. — Очевидно, в твоих прошлых жизнях змеи тебе причиняли страдания, муки, а может быть, даже были причиной твоей смерти. Страх, который ты тогда ощутил, был настолько велик, что остался в тебе до сих пор.
— Не могу в это поверить, — ответил я. — Сколько себя помню, я всегда боялся змей. Очевидно, эта гадина почувствовала мой страх и ответила на него.
— Правильно, Джон, — согласилась она, — ни одно животное не станет нападать на человека, исполненного Макро-любви.
— Да, — признал я, — Макро-человек не боится, но я, видимо, еще не очень Макро в этой сфере. Что я могу сделать для того, чтобы избавиться от страха?
— Так как у тебя уже был Макро-контакт, тебе достаточно просто вспомнить его, и твой разум очистится от страха. Ты же не можешь бояться самого себя! — ответила Кэрол.
Я воспринял этот совет скептически, и только с телепатической помощью Кэрол мне удалось воскресить в памяти Макро-контакт. Затем мы поддерживали сильную телепатическую связь, чтобы я мог сохранять Макро-контакт в памяти, и только минут через сорок пять я смог Наконец-то подойти к змее, дотронуться до нее и даже подержать ее в руках. Разумеется, причиной таких сложностей были мои собственные сомнения.
Мы положили змею обратно на залитое солнцем место и продолжили свой путь. Я спросил у Кэрол, излечился ли я, по ее мнению, от страха перед змеями. Она засмеялась и сказала, что не все так просто, но после столь удачной борьбы с фобией мой страх значительно уменьшился. Если я буду регулярно с ним бороться, как мы только что делали, он постепенно уйдет. Я признался, что никогда не представлял себе, что когда-нибудь смогу держать в руках живую ядовитую змею, не чувствуя страха. Затем я спросил Кэрол о других диких животных.
Она сказала мне, что многие животные практически вымерли во время загрязнения планеты и кризиса перенаселения. Однако раннее Макро-общество сделало все возможное для того, чтобы спасти как можно больше видов. Сейчас земная фауна в значительной мере восстановлена, потому что человек перестал уничтожать животных и разрушать их цепи питания. Я был рад услышать, что выжили даже такие крупные кошачьи, как леопард, тигр и лев.
— Но что вы будете делать, если они слишком размножатся? — спросил я.
— Не волнуйся, — сказала она, — мы контролируем экологический баланс нашей планеты. Мы не убиваем животных, но поддерживаем естественное равновесие таким образом, что ни один вид не сможет долго размножаться в слишком больших количествах.