— Но комендант, вы не можете так просто, без суда решать судьбу человека, это не гуманно! — возразил Пак.
— Ты говоришь о гуманности? На напорной станции были убиты ни в чем не повинные люди, ты вообще сейчас должен быть мертв, я нашел для тебя придурка время из своего графика и ты еще не доволен? Два года трудовых работ, уведите его!
Растерянного Пака увели из кабинета, он не ожидал такого поворота событий. Смешанные чувства внутреннего протеста и беспомощности, съедали изнутри. Мысль о том, что он будет два года в заточении, угнетала молодого корейца. Как же хрупки планы человека перед лицом обстоятельств, ни в чем нельзя быть уверенным и не стоит рассчитывать на благосклонность судьбы.
На следующий день Юрия и других заключенных везли в исправительное учреждение. Снова тот же пейзаж за окном и унылые лица людей. Солнце пекло, автобус раскалился, его мучила жажда, но помощи просить не у кого, отныне единственный человек, который будет заботиться о нем это он сам. Полностью осознав и приняв сложившуюся ситуацию, Пак решил для себя, что будет всеми силами стараться выжить и не загнуться в ближайшие два года. Он был настроен так сильно, понимая, что терять ему нечего, что раздумывал и о возможном побеге. Вокруг искал подходящие ситуации, например нынешнюю поездку. В сопровождении было два охранника, сухих солдафона, можно попробовать напасть на одного и выхватить оружие, попытаться вызвать бунт среди заключенных, обезвредить второго и пригрозить водителю, затем завладеть автобусом и поехать в сторону границы своей фракции. Но одному это сделать рискованно, можно и пулю схлопотать, да и наручники сомкнутые спереди мешают полноте действий, надо подговорить соседа, может он поддержит его. Юрий взглянул на человека сидевшего рядом, это был исхудалый, как и все вокруг старик лет 50 — 60и. Глаза его были опущены, вид подавленный. Пак подумал, что этот божий одуванчик вообще мог совершить, на вид он даже мухи не обидит. Юрий тихонько подтолкнул соседа локтем, привлекая его внимание.
— Эй старик, хочешь выбраться отсюда?
Человек молча посмотрел на него и ничего не ответил. Похоже он не понимает меня, подумал Юрий. Как же я собираюсь поднять бунт, когда даже не могу выразить свою мысль. Думаю нужно начать, а там дальше по накатанной они сами поймут и взбунтуются. Пак еще раз осмотрелся и принялся осуществлять свой план. Вдруг он неожиданно поднялся с места и начал имитировать приступ эпилепсии, он это делал так явно, что с грохотом упал на пол, ушибив при этом себе колено. Охранники равнодушно смотрели на происходящее и даже не шевельнулись. Юрий надеялся что один из них подойдет к нему и он выхватит оружие, но спокойный вид солдат усложнял план действия. Пак начал медленно подползать в выходу где стояли охранники, протягивая к ним руки как бы моля о помощи, но равнодушно глядевшие на него солдаты по прежнему ничего не предпринимали. Один из них что-то сказал другому, в ответ тот помотал головой из стороны в сторону. Юрий понимал, если он продолжит в том же духе активно симулировать приступ, то ложь раскроется, потому что нельзя так долго биться в конвульсиях, но на его счастье один из солдат все-таки направился к нему. Пак подумал о том, как только солдат приблизиться он выхватит оружие и возьмет его в заложники, но когда солдат приблизился, он размахнулся и ударил по скрюченному корейцу прикладом автомата, затем еще и еще раз. От боли Юрий не в силах был защититься, не то чтобы оказать сопротивление, такое развитие сценария не входило в его план.
— Если ты умирать, я тебе помогать. — прошипел охранник.
Юрий закрываясь от ударов, еле вымолвил:
— Не надо, мне уже лучше!
— Вставай! Садиться на место! — прокричал солдат.
Покивав головой, Пак отполз от охранника и с трудом сел на свое место. Затем охранник что-то громко сказал на китайском, после чего все заключенные в автобусе начали смеяться. Вытирая кровь, Юрий пробормотал:
— Смейтесь, смейтесь узкоглазые обезьяны, я хоть попытался…
Шмыгая носом Юрий почувствовал такую обиду в душе, будто его предали. Он понимал, что не вправе требовать от этих зажатый, сломленных людей поддержки, они и так влекут жалкое существование, наверное так и ломаются юношеские амбиции у человека.
— Что-то ты часто в последнее время получаешь подзатыльник Пак. — сказал он себе.
«Нужно быть реалистом, правильно оценивать ситуацию, это хорошо, что он просто отметелил тебя, мог бы и завалить, а потом сказать, что был убит при попытке бегства. Больных держать не будут, неполноценных в расход, поэтому нужно беречь себя Пак» — размышлял он.