— Ты пока находиться здесь, ты опасна для других.
— Я не опасный, я голодный! — громко произнес Пак.
— Заткнуться! — покричал смотрящий и покинул помещение.
Оставшись снова один, наедине с самим собой, Юрий схватился двумя руками за голову и опустился на пол. «Да чего же ты опустился», говорил он сам себе «Ты убил человека из-за чертовой горстки риса». Юрий только сейчас начал осознавать всю суть произошедшего. Он раскаивался в содеянном, но было уже поздно. Это был третий день пребывания Пака в исправительном учреждении. Он уже без иллюзий смотрел вперед и прекрасно видел свое будущее, а заключалось оно в том, что он не выдержит и попытается бежать, солдаты откроют огонь и его убьют. И лучше пусть будет так, чем два года мучиться в этом зверинце как скот. Юношеский максимализм, из-за него молодые люди бросаются из крайности в крайность, этого Пак еще не понимал, этот период просто нужно было пережить. Осмотревшись вокруг, Юрий обратил внимание на помещение, в котором он находиться, две клетки в одной из которых находился он сам, стояли обособлено в удалении от рабочего стола смотрящего. Рядом со столом находился вещевой шкаф и кровать для ночевки в дни дежурств. Еще чуть подальше было окно на котором не было решетки. Он тут же понял, эта была сторожка находящаяся на третьем этаже здания, из окна проникал свет и было видно территорию лагеря. Здесь по крайней мере сухо и есть солнечный свет, пожалуй находиться тут лучше чем работать под землей, подумал Пак. И этот факт немного согнал депрессию с корейца.
Через несколько часов в сторожку зашел смотрящий, вид у него был неважный, кожа бледная. Он сел на кресло и откинулся закрыв глаза. Спустя несколько минут он снова встал и начал ходить по комнате, что-то негромко бормоча. Смотритель был возбужден и встревожен, он подошел к клетке Юрия и посмотрел на него. Пак обратил внимание на его взгляд, глаза будто горели, постояв так немного у смотрителя вдруг пошла рвотная реакция. Он прихватил рот рукой и побежал на выход к туалету, но не успев испражнился у двери. Вытерев рот он стал глубоко дышать, почувствовал слабость в теле, он опрокинулся на кровать. Его стала одолевать головная боль, он начал что-то кричать на своем, Юрий смотрел на смотрителя недоумевая о том, что с ним происходит, но в глубине души он радовался его мучениям, пусть и им тоже будет плохо, думал он про себя. Обессилев, надзиратель начал негромко стонать, он слегка дергался время от времени, пока полностью не отключился. Все случилось так быстро, что Юрий так и не смог взять в толк что произошло. Время шло к закату, а он все никак не очнется, но больше всего удивляло, то что никто не зашел в сторожку, чтобы проверить его. Юрий все это время пробыл в полнейшей тишине, после чего закрыл глаза и заснул.
Глубокой ночью, сквозь сон до разума Пака начался доноситься протяжный звук. Он сначала набирал громкость, а потом медленно утихал, звук стал настолько невыносимо сильным, что Юрий дернувшись проснулся. Он в панике открыл глаза, приходя в себя первые мгновения. Звук по-прежнему оглушительным ревом доносился из-за окна и Пак понял, что это был не сон. Это ревела до боли знакомая сирена тревоги. Окончательно проснувшись, помимо сирены, Юрий слышал как за окном ведется стрельба, были слышны и крики людей. Тревожное чувство появилось в душе Пака, он понимал, что происходит что-то плохое, что-то не укладывающееся в обычные нормы колонии. На кровати по-прежнему лежал в бессознательном состоянии смотритель, и было видно, что звук сирены никак не способствовал его пробуждению. За окном помимо выстрелов, раздались звуки взрывов, огненные вспышки озарили ночное небо. Юрий тут же понял, что происходят военные действия, но что могло к этому привести, кто мог напасть на исправительное учреждение. Еще больше его тревожил тот факт, что стрельба доносилась не из-за пределов тюрьмы, а непосредственно в периметре лагеря. Крики стали доноситься и из коридора, это были не слова протеста или споров, а беспорядочный гул большой массы людей. Теперь выстрелы были слышны и в здании в котором он находился. Юрия стал одолевать страх, он взаперти и не может выбраться из клетки. Он начал в панике бить и трясти решетку, затем звать лежачего смотрителя.