Помимо видимых катаклизмов, девушка почувствовала животную панику, поднимающуюся из недр желудка, докатившуюся волной до горла. Руки и ноги в два счета затрусились, похолодели.
Темнота. Холод. Страх.
Желание убежать как можно дальше.
Русана резво схватила валяющиеся на темной земле лапти и неаккуратно натянула их, после чего поднялась и попыталась сделать первый уверенный шаг в сторону деревни, только движения не произошло. Русану, всё равно что приковали цепями, обвили сотни черных травинок, крепко уцепившихся за края обуви, ежесекундно увеличивающихся в размере, пытающихся пробраться выше.
«Что это…Наслал Дьявол?» — пронеслось в мыслях девушки, пока она несколько раз безуспешно пыталась вытащить правую ногу.
Опасения за появление бесовщины были таким-же нормальным, как незыблемость существования Бога.
Покрутив головой по сторонам в целях позвать подмогу, Русана никого не увидела.
Пустота.
Справа от Русаны, вода в реке, словно по безмолвной команде природы устремилась из берегов, шипуче выплёскиваясь прямо под лапти, окропляя обувь землистой жидкостью: ещё пара мгновений промедления с её стороны, и вспененные волны поднимутся до колен, потом до груди, и в конечном итоге погрузят в недра беснующейся реки с головой, перекрывая дыхание навсегда — настолько быстро прибывала вода, увеличивая широту когда-то мелкой речушки.
Единственным верным решением было скинуть лапти с ног и без оглядки кинуться в сторону дома, что Русана и сделала. Если бы девушка обернулась, то увидела бы, как обувь полностью скрылась в коварной траве.
Обгоняя собственный страх, Русана бежала в сторону дома.
«Это не взаправду! Это не взаправду!» — отбивало одному Богу известный ритм сердце, суматошно отзываясь в ушах, сливаясь в унисон с мощным, раскатистым гулом грома.
Мышцы ног ныли от скоростного старта.
Каждая береза на пути Русаны хлестала упругими ветками по рукам и ногам в попытке причинить боль, остановить. От черно-белых стволов рябило в глазах.
Мандраж заставлял Русану оборачиваться каждые три метра, проверяя не гонятся ли за ней Демоны. Молитва застыла на сухих губах и так и не была произнесена.
Оказавшись возле дома, Русана с силой начала колотить в дверь:
— Отец! Отец, открой дверь!
На стук отзывались лишь петли, уныло скрипящие в ритм с ударами, но отец не отвечал.
Тотчас, гром затих, также быстро, как и начался, погружая окружающий мир в зловещую тишину: ни шелеста листвы, ни звука домашнего скота, ни стука по деревянной двери.
Безмолвие.
За своей спиной, интуитивно, Русана прочувствовала появление первородного страха, словно сам Дьявол явился во плоти по её душу.
Сердце, казалось, совсем остановилось. В глазах потемнело.
«Я не буду оборачиваться…Не стану!» — Русана сжала ладони так сильно, что ногти пронзили тонкую кожу, оставляя следы.
Закрыв глаза, девушка упала на колени у порога дома, ударившись с размаху так, что наверняка останутся синяки, и трясущимися руками достала из-за пазухи маленький деревянный крестик. Плотно сжав его в ладонях, Русана зачитала молитву, обращаясь к Богу словно к последнему островку реальности.
Холодные губы невпопад роняли слова, но каждая произнесенная буква, слово возвращала мир в привычное состояние.
Окончив молитву, Русана с осторожностью открыла глаза: трава обрела прежний зелёный цвет, было слышно пение птиц и домашний скот.
«Сработало!» — её ликованию не было предела: Русана изгнала самого Дьявола с Божьей помощью!
В радостном порыве девушка обернулась всем телом к калитке, все еще оставаясь на коленях, после чего её улыбка, глупо застывшая на лице, была обречена превратится в печальную усмешку: посреди белого дня, возвышаясь, отбрасывал тень деревянный крест с распятым человеком.
Лица невозможно было разглядеть, только знакомый до боли силуэт…
«Отец?...»
От радости до горести один шаг.
Шатаясь, Русана поднялась, и, даже не отряхнув колени, путаясь в длинном сарафане, подошла к кресту, возвышающимся на несколько метров над ней. Она и представить не могла на сколько он огромен, пока не приблизилась.