Глава 36
УЖАСНАЯ ДОГАДКА
18 апреля. Вторник
Раз, два, три – Витенька, умри! В голове у меня запели детские голоса из моего сна, который мне снился в кабаке на Контрактовой площади. Я медленно повернулся на шорох. На кухне ярко горел свет, хотя я точно помнил, что его не включал. Кухонная дверь медленно отворилась, и в прихожую проник широкий луч света. Через мгновение на полу появилась тень, которая стала неумолимо ползти к моим ногам. Я поднял голову и увидел на пороге Алису. Белоснежное свадебное платье со стразами и фата настолько ее украсили, что я, забывшись на мгновение, сделал шаг ей навстречу. Девушка была так прекрасна, что я совсем не хотел думать о том, что передо мною стоит не Алиса, а гулу Анилегна. Боже, я по-прежнему ее люблю! Меня смутила только ее ноша. Сначала я подумал, что Алиса держит на вытянутых руках большой каравай, но это был черный венок. Где я это все видел? Алиса медленно подняла руки перед собой и стала одевать венок себе на шею. Я вспомнил! Алиса в белом платье с венком на шее снилась мне на чердаке у Обуховых. Но неужели такие сны сбываются?! Я с ужасом отступил назад и прижался вплотную к двери. Секундное очарование красотой Алисы прошло. Теперь я вновь видел перед собой Анилегну, существо, которое желает мне зла.
За дверью я услышал сдавленное дыхание Веры. Ее душили. Повернувшись к двери, я схватился за замок, но меня тут же остановил голос. Это же голос Алисы!
– Не надо, Витя.
Она ведь меня именно Витей называла! Я в нерешительности остановился. Может, это точно Алиса?
– Той девочке уже не поможешь. Но можно еще помочь мне, – Алиса в луче света была похожа на ангела, которых так часто любили рисовать художники эпохи Возрождения. Только зловещий черный венок все портил.
– Зачем тебе венок? – я хотел назвать ее по имени, но все еще не решался произнести имя Алиса.
– Он твой, Витя.
Шорох за дверью стих, и несколько секунд вокруг стояла полная тишина, которая вскоре, однако, была прервана новым шумом – кто-то стал скрести ногтем замочную скважину, как будто загулявший кот просился обратно домой. Я догадывался, кто этот «кто-то».
– Теперь можешь открыть дверь. Не бойся, – Алиса стала медленно ко мне приближаться.
Мое сердце выскакивало из груди, но не от страха, а от мысли, что это настоящая, живая Алиса и что все будет хорошо, все образумится, я что-то напутал, и это прекрасное создание меня любит и спасет. Вот только этот венок… И почему он мой?
– Открывай смелее, Витя, не бойся, – Алиса приблизилась ко мне.
Хотелось довериться ей и, ни о чем не думая, делать все, что она скажет. Окончательно довериться девушке мешал только похоронный венок в ее руках. Я потянулся к замку, чтобы его отпереть, но тут увидел, что руки Алисы вместе с венком тянутся к моей голове, она явно собиралась повесить его мне на шею.
Я прижался еще плотнее к двери и неожиданно для самого себя спросил:
– Вчера видел твою сестру на Замковой горе. Она убила девочку с парнем и умерла. – По тому, как дернулись руки и скулы ее лица, я понял, кто стоит передо мною, и дурман доверчивости из моей головы моментально улетучился. – Все хотела меня убить назло тебе. А я не поддался, – я попытался улыбнуться, но ничего не получилось.
Мне самому стало противно оттого, что я такой дурак и слабак, пусть и ненадолго, но все равно поверивший, что передо мною стоит Алиса. К тому же только сейчас я подумал о Вере. Беспечная обезьянка наверняка была уже мертва. В очередной раз по моей вине погиб человек.
– И почему, Витенька, ты норовишь все всегда испортить? Весь в свою мамочку, – с этими словами Анилегна (именно так, теперь она для меня стала уже точно Анилегной) накинула на мою шею венок и, согнув свои (вернее, Алисины) тоненькие пальчики, костяшками ударила меня в кадык.
Сразу стало нечем дышать, прихожая пошла вправо и по кругу, а я стал медленно оседать. Последнее, что я услышал, был щелчок открываемого замка и тяжелое дыхание моей бывшей соседки…
Кругом было поле. Зеленое и пахнущее только что выкошенной травой. А сверху над головой огромное голубое небо с медленно плывущими белыми облаками. Светило яркое солнце. Я прыгал через кочки.
– Сынок, перепрыгивай их! – это радостно кричала моя мама.
Кочек было много, но они были совсем небольшие, и не составляло никакого труда их перепрыгивать. Мне даже это нравилось.