По-прежнему боясь включить фонарик, я шел быстрым шагом к выходу – необходимо было успеть дойти до конца развилки подвальных коридоров первым. Впереди показался просвет из приоткрытой двери, выход был уже совсем рядом. Выйдя на место, где сходятся два коридора и не услышав никакого шума, я посветил в темноту, из которой ранее слышался шорох. Луч света выловил нечто агрессивно красное, стремительно приближавшееся ко мне. Тут же я увидел, как луч света стал сужаться – за моей спиной с мерзким скрипом стала закрываться подвальная дверь. Швырнув фонарь в яростное лицо женщины в красном платье, я побежал к двери, которая закрывалась прямо на моих глазах. Успев протиснуться боком в щель, я попытался грудью открыть дверь, но та не только не поддалась, но продолжала закрываться. Тогда я стал боком протискиваться к выходу. В этот момент в мою руку впилась рука женщины из подвала и с чудовищной силой стала затаскивать меня обратно. Мое тело заскользило в подвал, в лицо ударил сжатый воздух склепа. Яркое солнце игриво прощалось со мной, а подвальная чернота все больше смыкалась вокруг меня. Мама, мамочка, нет!
В этот момент в моем кармане послышался какой-то звук. Я почувствовал, что хватка женщины чуть ослабла. Инстинкт подсказал мне, что сейчас необходимо не продолжать попытки вырваться, а полезть в карман. Левой рукой я извлек часы, которые выбивали время 10.23. Женщина в красном потянулась обеими руками к часам – я готов был поклясться, что ее пустые глазницы сейчас уставились на них. Подняв часы высоко над головой, я бросил их в глубь подвала. Видимо, чтобы они не разбились, женщина с криком кинулась за ними, оставив меня зажатым в двери. Вдохнув в себя воздух, я двумя рывками просунулся наружу – дверь тут же громко захлопнулась за мной.
Отбежав на пару шагов, я остановился, чтобы перевести дыхание. Прямо передо мной стоял тот же мальчик, в которого я сегодня кинул куском кирпича.
– Пошел вон, придурок!
Мальчик опять заплакал и убежал. Вытерев окровавленную руку о траву, я вновь вышел на дорогу. Итак, твари уже знают, что я в Василькове.
Глава 40
ПРИГОТОВЛЕНИЕ
19 апреля. Среда
Куда теперь ехать, я толком не решил. С одной стороны, Сущенко не успел сообщить обо мне в милицию. Это плюс. Но, с другой стороны, теперь получалось, я был обнаружен гулу. А это уже здоровенный минус. Но они ведь не знают, что ключ от квартиры Алисы у меня. Хотя почему не знают? Я ведь его взял в квартире Анилегны. Стоп, я не ключ взял, а сумочку Алисы, в которой его и нашел. Судя по вещам в ней: деньги, письмо Алисы – сумочка еще не была осмотрена Анилегной. В конце концов, какого черта Анилегне ключ от квартиры Алисы? В процессе спора с самим собой я увидел, что подхожу к автовокзалу. Вскоре сразу за ним должен показаться и дом Алисы. На автовокзале мне появляться было нежелательно, и я, перейдя на другую сторону тротуара, свернул на параллельную улицу. Но они меня уже обнаружили. Где они меня будут искать в первую очередь? У Обуховых. Допустим. Где еще? На кладбище, где похоронен Димка. Тоже вероятно. И в этом доме. Я остановился и стал смотреть на четырехэтажный дом, в котором на прошлой неделе провел весьма беспокойную ночь.
Собственно, дом был метрах в трехстах от меня, а я так и не решил, что делать. В голове все время крутилась мысль просто подняться на последний этаж и как ни в чем не бывало открыть входную дверь. В любом случае, другого способа проникнуть внутрь квартиры я не видел. Но, во-первых, квартира Анилегны располагается напротив, и непонятно, кто в ней сейчас есть, а во-вторых… А во-вторых, я просто очень боюсь. Совсем рядом я увидел магазин «Охота, рыбалка», расположенный на первом этаже жилого дома. Чтобы хоть как-то оттянуть неприятный поход в Алисин подъезд, я направился в магазин. (Мне подобное знакомо по детству – когда я в очереди к стоматологу уговаривал маму пропустить очередного дяденьку или тетеньку, лишь бы оттянуть время сверления больного зуба).
В магазине я сначала начал рассматривать охотничьи ружья, затем газовые пистолеты и охотничьи ножи, после перешел на камуфляжную форму и снасти. Мое внимание привлекли бинокли, стоящие на самой верхней полке.
– Что вас интересует? – обратился ко мне продавец с пузом заядлого любителя пива.
– Да так, ничего конкретного. Просто смотрю.