В действиях союзников были видны неразрешимые противоречия, особенно касающиеся временного 'итало-франкского альянса'. Все это не позволяло так называемым 'союзникам' выбрать единого командующего и оба флота действовали практически самостоятельно, лишь изредка обмениваясь данными обстановки.
Кузнецов играя роль приманки, вышел в море, построив свои силы в две кильватерные колонны. В левой колонне, ближе к турецкому побережью шли новые корабли, имеющие хорошее зенитное вооружение. Это были шесть артиллерийских корветов 39 проекта и четыре ракетно-артиллерийских фрегата 26 проекта 'Ворошилов', 'Молотов', 'Киров' и 'Максим Горький'.
Во второй колонне, параллельным курсом с интервалом в 50 кабельтовых шли крупные боевые корабли это были два новейших крейсера 68 проекта 'Безупречный' и 'Сметливый', модернизированный линкор 'Парижская коммуна', а также три доработанных тяжелых крейсера 'Червона Украина', 'Красный Крым' и 'Красный Кавказ'.
Левая кильватерная колонна имела задачу обеспечить общее противовоздушное прикрытие корабельной ударной группы при попытке атаки эскадры вражескими самолётами со стороны турецкого берега, а также нанесение удара по противнику противокорабельными ракетами с дистанции до 25 км. После чего легкие корабли должны были откатиться ближе к основной группе и наносить поражение вражеским силам 152 мм орудиями.
Вторая кильватерная колонна имела задачу по нанесению противнику основного артиллерийского поражения 305 мм орудиями главного калибра Парижской коммуны, 203 и 180 мм орудиями тяжелых крейсеров.
Действие флота обеспечивал отряд эсминцев, их задача была вести разведку сил подводного флота противника, не допустить разведку и траление наших минные банок и по возможности завлечь за собой врага под удар 152 мм орудий легких сил Черноморского флота. Обеспечение противолодочной обороны ударной группы эсминцы осуществляли с помощью, установленных на них гидроакустических комплексов поиска и поражения подводных лодок.
Корабли обеспечения шли в основной колонне тяжелых сил. Кроме того для противодействия высадки десантов в наших портах были созданы три корабельные артиллерийские группы обеспечения, что находились под прикрытием береговых батарей Черноморского флота в районе портов Новороссийск, Севастополь и Одесса, которые осуществляли охрану минных позиций от траления, в случае прорыва вражеских кораблей к нашим портам. В небе постоянно висели самолеты разведчики, передававшие по радиостанции, данные о положении вражеских кораблей, и для каждого порта была подготовлена группа противокорабельной авиации.
В район боевого развертывания 'Адлер' выдвинулись первая дивизия подводного флота, вторая дивизия подплава пошла навстречу французам в оперативный район 'Трабзон', по сути это были старые подводные лодки, наспех дооборудованные гидролокационными комплексами с новыми торпедами и минами на борту, но удалятся далеко от берега этим силам не имело никакого смысла. А вот несколько новых 'Щук' пошли в дальний поход навстречу итальянскому флоту с задачей встретить вражеские корабли в районе Турецких проливов и по возможности торпедировать их, создав противнику проблемы в самом начале операции.
В 14.30 30 октября на мостик линкора 'Парижская Коммунна' от авиаразведки поступило сообщение об обнаружении крупных сил противника, медленно продвигавшихся в 100 милях от турецкого побережья в направлении Синопа. Чуть позже радары новейших фрегатов, что шли ближе к турецкому побережью высветили в дальней зоне радиолокационного обнаружения силы французской эскадры. Противник был обнаружен еще до захода вражеских кораблей в зону визуального наблюдения и навстречу врагу пошли подводные лодки и ракетные корабли.
Впереди вражеского ордера сновали быстроходные французские эсминцы, а за ними в двух кильватерных колоннах шли основные ударные силы французов. Линкор "Дюнкерк" вел крейсера "Жорж Лейг", "Глуар" и "Монкальм", а линкор "Страсбур" вел крейсера "Марсейез", "Ла Галиссоньер" и "Жан де Вьен". Расстояние между двумя кильватерными колоннами составляло 100 кабельтовых, и они шли курсом на северо-восток.
В это время силы итальянского флота адмирала Якино изображали сбор своего боевого состава после прохождения проливов и уже изрядно отставали от французов, по факту, находясь всего в 10 милях от турецких проливов, в то время как французы подходили к знаменитому Синопу. При этом было очевидно, что французы не возражали такому развитию событий и не собирались отдавать победу 'макаронникам' Муссолини. Хотя наличие двух разделенных эскадр в Чёрном море могло говорить и совсем о другом, например, что французская эскадра собиралась напасть на морскую базу Новороссийск, а итальянцы собирались идти, например, на Севастополь или даже Одессу.
В 16.42 с передового эсминца поступил сигнал о визуальном обнаружении дозорных французских эсминцев и Кузнецов передал команду на 'Ворошилов' и 'Молотов' сблизиться с противником и нанести удар противокорабельными ракетами, после чего поддержать действия наших эсминцев огнем артиллерии. Таким образом, первые столкновения в Чёрном море начались уже в 18.24, вперед ринулись артиллерийские корветы 39 проекта и с 20 километров открыли огонь по вражеским быстроходным эсминцам, обеспечивая выход на позиции фрегатов 26 проекта.
Заметив непонятные действия красных французские легкие крейсера, также сократили дистанцию и открыли плотный артиллерийский огонь по нашим корветам. Как не малы были пяти тысячники, вооруженные всего тремя башнями с двумя 152 мм орудиями, но наличие на кораблях радара и системы управления огнем позволяло накрывать вражеские легкие крейсера достаточно точно, а вот французские корабли безобразно мазали. Точку в этом первом бое поставили наши фрегаты, что пустили по французским легким силам 12 противокорабельных ракет, утопив сразу один и повредив три вражеских крейсера, после чего наши легкие силы откатились назад, и начали вести артиллерийский обстрел поврежденных французских крейсеров с дистанции 30 км.
Воспользовавшись отвлечением сил прикрытия французского флота на борьбу с нашими передовыми кораблями к основным вражеским колоннам медленно поползли советские подводные лодки и произвели массированную торпедную атаку. Уже через час боя с радаров пропало шесть меток вражеских кораблей, и Кузнецов отдал приказ группе легких сил прижаться ближе под прикрытие тяжелых крейсеров.
- Николай Герасимович - обратился к наркому ВМФ СССР командир 'Парижской Комунны' - на радаре появились 11 дополнительных отметок вражеских кораблей. По данным радиоперехватов, эту колонну ведет линкор 'Страсбург', а с ним крейсера "Марсейез", "Ла Галиссоньер" и "Жан де Вьен' и множество легких крейсеров и эсминцев, скорость сближения с противником 32 кабельтовых в час.
- Фёдор Иванович, что там с нашими гончими?
- Группа корветов и фрегаты отходят к нам, дистанция до них 160 кабельтовых - доложил капитан первого ранга Кравченко.
- Николай Герасимович - обратился к наркому Бубнов - засветка на радаре, это вражеский развед самолет, похоже нас обнаружили.
- Рано или поздно Сергей Ильич, это должно было случится - задумчиво проговорил Кузнецов - как вы считаете, мы успеем подтянуть корветы, а то тяжко придется без их артиллерии?
- Предлагаю сейчас сбить разведчика ракетой, по крайней мере, не будет передавать информацию и нашей диспозиции и корректировать огонь их артиллерии - ответил Бубнов.
- Ну, что же мы должны заявить о серьезности наших намерений. Расчетам ПВО сбить вражеский самолет-разведчик, а вы Николай Герасимович вызывайте истребительную эскадрилью с Батуми, о нашем обнаружении разведчик всё равно уже доложил. Скоро налетят злые коршуны - скомандовал Кузнецов.
- Есть! - отрапортовал попаданец-летун Бубнов и направился к радиостанции, а через несколько секунд раздался взрыв и рокот маршевого двигателя ракеты комплекса 'Тунгузска' установленного на борту Линкора.
- Есть поражение цели - через какое-то время доложил вахтенный офицер.
- Отлично, хорошая работа товарищи - похвалил Кузнецов - Федор Иванович отворачивайте 15 градусов севернее, и запросите информацию с фрегатов, что там у них на радарах?