– Я вам его испачкаю, – я повесила голову.
– Ничего страшного.
Он достал плед сзади накинул на переднее сиденье.
– Спасибо большое, – я низко поклонилась.
– Да, пустяки.
Я уже собиралась сесть в автомобиль, но сзади послышался мужской голос.
– Она никуда не едет, – сказал он.
Это был тембр Саката-сана. Обернувшись, я убедилась в этом.
Мужчина глупо посмотрел на нас, что-то тихо сказал себе под нос.
– Пошли, – Саката-сан схватил меня за руку.
– Нет! Стойте! Не уезжайте! – Кричала я, но мужчина уже уехал.
– Он тебе больше не поможет, как и все остальные.
– Что ты сделал с Рэной?!
– Она сама выбрала этот путь.
– Да кто ты вообще?!
– Человек, который решил отомстить за смерть своей подруги.
– Ты псих!
– Заткнись и иди молча!
– Ты умрёшь, вечно никто не живёт!
– Но ты сдохнешь первой, – Саката-сан показал лезвие складного ножа.
– Ты просто бедный парень, который разочаровался в себе из-за этого гнилого общества. Именно оно тебя сломало.
Саката-сан шёл впереди и ничего не отвечал.
– Ты решил найти жертв, которые поплатятся за грехи людей, которые издевались над тобой. Саката, разве ты не хочешь жить по другому? Всем ведь не отомстишь. Даже, если ты убьёшь всех нас, то общество ещё больше озлобится на тебя. Оно отвергает не похожих на себя. Человечество невероятно ядовитое. Все носят маски, до тех пор, пока не наступит час твоей расплаты, перед тем или иным, человеком. Неужели, ты сдался? Просто решил отомстить подросткам, которые ничего не совершали. Если и гнить в земле, то с чистой совестью. Желчь не доводит человека до хорошего результата, если месть даёт наслаждение, то желчь, это опиум. Он разрушит твоё мировоззрение, душу, разум, сердце. Убьёт всё хорошее, что есть в тебе. Ты умрёшь подонком, тебе никогда не поставят памятник. Скорее всего, ты будешь зарыт в общей могиле с такими же единомышленниками, как и ты.
После всего сказанного, Саката-сан остановился и обернулся ко мне.
– Ненавижу тебя Дазай!
Саката-сан сорвал с меня куртку и стал резать мне руки.
– Остановись! Мне больно! – Я пыталась оттолкнуть его, но моих сил не хватало.
– Нравится?! Я всей душой ненавижу тебя Дазай! Когда же ты сдохнешь! А это мой подарок.
Саката-сан прижал лезвие к моей щеке и сделал глубокий порез.
– Теперь, ты больше не красотка, Дазай.
Я упала на колени, по моим рукам текла кровь, слёзы, попадая на свежую рану, жгли её.
Саката-сан сел на корточки и крутил в руках свой нож.
– Рэна, она сама убила себя, смотри, – он достал телефон из кармана, и кинул его мне.
На видео было видно, что Рэна самостоятельно пускает пулю себе в висок.
– Но, почему? – Я беззвучно заплакала.
– Ты потеряешь всех, я сделаю тебя самой несчастной.
– Почему она это сделала, – я прикрыла рот рукой.
– Не смотри так испуганно, – Саката-сан взял телефон, и сел на то же место.
– Ваша Рэна обманывала вас. Он жила не с братом, а с сутенёром. Вся её жизнь была придумана. Мать Рэны бросила её в роддоме, а отца она так и не нашла. Всё детство девочка провела в детдоме. Её никто не хотел брать к себе домой. Однажды, пришла молодая пара и удочерила Рэну Като. Только это была не настоящая семья, а подделка. Рэна с самого детства находилась под контролем своего сутенёра. Он ждал, когда она станет взрослой и тогда этот мужчина поимеет много денег, продавая её своим знакомым извращенцам.
Я ещё давно хотел ей помочь. Предлагая Рэне свою помощь, она всегда отказывала. Даже, несмотря на то, что произошло, её бы всё равно бы убил сутенёр. Като встречалась с Данро Ямада. Между ними были не только дружеские отношения. Если бы сутенёр узнал, что Рэна спала с Данро, то он бы всё равно убил её. Получается, я спас её, – Саката-сан засмеялся. – Между прочим, – он откашлялся. – Като сама выбрала этот путь. Я подкинул ей записку, что её покровитель знает обо всех интимных встречах с Данро. Я дал ей выбор и оружие. Рэна выбрала смерть, она испугалась ответственности. Смерть настигла бы её в любом случае, поэтому она не была главным персонажем в этой игре.
– А кто же главный? – Я вытирала слёзы.
– Главный, – усмехнулся Саката-сан. – Дазай, это ты, – он подошёл ко мне и рукавом убрал кровь с моего подбородка. Как жаль, что ты меня не помнишь, я ведь, хотел быть с тобой. А потом возненавидел, из-за Цунаки. Он не достоин тебя и твоей любви.
– Я больше не люблю его.
– А меня?
– Если бы я знала кто ты.
– Я думал, Эри поможет мне найти общий язык с тобой. Но ты была так ослеплена Цунаки. Как же это больно смотреть в глаза, которые не любят тебя, – Саката-сан вздохнул. – Хотя, – он поднял моё лицо за подбородок. – Я до сих пор тебя люблю, но только по-другому. Любовь, она переродилась в ненависть к тебе. Я помню твою улыбку, как ты бегала по школе в форме. Она тебе к лицу.. была.. Ты такая счастливая рядом со своими друзьями, но не со мной. Мне же больно, больно, Дазай. Я даже знаю твоё любимое место, это качели. Твои волосы парили в воздухе, а я делал фотографии. Я не одержим, я влюблён, – Саката-сан протёр глаза. – Тот поход, это я организовал его, чтобы посмотреть на то, как ты спишь. Я всего лишь хотел наслаждаться каждым твоим вздохом и улыбкой. Разве я много прошу? Почему Бог так несправедлив? Я чист перед тобой, Дазай. Я только твой. Хочешь, сбежим?