– А как же Агури, Данро и Цунаки?
– Сообщим в полицию, и их найдут, а мы уже будем далеко, хочешь?
– Но я ведь… я не помню тебя.
– Хочешь умереть здесь?! Я два раза не предлагаю!
– Саката, я не люблю тебя. Я больше никого не люблю.
– Значит, ты ещё любишь этого Цунаки. Он поступил гадко, по отношению к тебе.
– Я простила, но не забыла. Каждый заслуживает прощения. Даже ты Саката. Прости меня, прости, что не
смогла дать тебе взаимную любовь. Прости, что заставила почувствовать ненависть, боль, обиду и прочие негативные чувства. Прости, я правда гналась за человеком, который недостоин меня. Но никто не виноват в этом, лишь я сама довела себя и окружающих до этого состояния. Прости, Саката-сан.
– Я же ради тебя создал этот мир, только ради тебя, Дазай.. Как так? Почему? Неужели ты и сейчас мне отказываешь?
– Прости, но это так.
– Почему? Дазай, почему!!!
– У меня рак, я всё равно умру, врачи дали мне шесть месяцев.
– Что?!
– Я не хочу больше жить в этом гнилом мире и мешать окружающим.
– Ты не хочешь быть со мной?
– Нет.
– Тогда ты умрёшь.
– Мне уже плевать, как я умру. От болезни или так. Отпусти меня, не мучай, Саката.
– Я, правда, не знал, – он взялся за голову.
– Саката-сан, я ведь просто хотела побыть наполовину счастливой. Не полностью, а всего лишь наполовину. Судьба не дала мне этот шанс, даже отец не знает, что я смертельно больна.
Не все люди заслуживают счастья, я не найду выход из этой ситуации, потому что выхода нет. И как бы боль не прожигала меня, я вижу сны, где у меня всё хорошо. Я здорова, а это главное, понимаешь? Это не моя история длиною в жизнь. С одним крылом не получается взлететь, я умру.
– Я не знал! Я не знал! Я не знал!
– Хочу запомнить миг, когда я была счастлива, когда все были живы, когда я не знала правды о Цунаки. Жизнь предала меня, – я закрыла глаза, открыв их, Саката-сана не было. Он незаметно ушёл и пропал. Посмотрев вокруг, никого не было. Я стала кричать, и звать своих друзей. После всех попыток я охрипла. В лесу становилось ещё темнее. Я нашла несколько сухих палочек и разожгла костёр. Прислонившись к дереву спиной, я выставила руки вперёд, чтобы погреть их. Огонь согревал, но не давал никакой надежды. Печаль накрыла так внезапно, я не была к этому готова. Уже не казалось, что это сон. Мы живём в суровой реальности, из которой сложно найти правильный выход. Что же делать, чтобы не запутаться? Не потеряться в себе? А, что делать, когда ты сломался внутри?
– Дазай, что случилось? Где ты была?
Я увидела Цунаки, он держал меня за плечи и смотрел на меня.
– Я, я не помню.
– В смысле? Как ты здесь оказалась? Мы потеряли тебя и Рэну.
– Я отошла глубже в лес и заблудилась.
– Ты пошла вместе с Рэной, – к нам подбежал Данро.
– Нет, я пошла одна.
Мне не хотелось говорить о смерти Рэны, лучше промолчать и соврать.
– Кадзуко, ты в порядке? – Агури сел рядом со мной.
– Да.
– Можем идти дальше? – Данро сел, и положил руки на колени.
– Угу, – я кивнула.
– Нам нужно разделиться, чтобы найти Рэну, я пойду с Агури, – сказал Данро. – Цунаки знает лес, так что, Дазай, тебе нечего бояться.
Данро и Агури скрылись в темноте, были слышны их голоса. Они звали Рэну. Я и Цунаки пошли в другую сторону. Так как мой голос совсем сел, кричал Цунаки.
– Хочешь пить?
– Да, – я кивнула.
– Держи, – он протянул небольшую бутылку.
Я сделала три глотка и отдала обратно.
– Хочешь поговорить? – Цунаки остановился.
– Не очень.
– Раньше ты была общительная.
– Ты тоже раньше был другим.
– Дазай, можешь злиться сколько угодно, я сам себя ненавижу за содеянное.
– Наказание найдёт своего преступника.
– Я уже получил его.
– Да?
– Я потерял и разочаровал человека, которого люблю.
– Мне неинтересно продолжать этот разговор, – сказала я и пошла вперёд.
– У тебя были шрамы на руках. Ты резалась?