— Держи свой чёртов язык за зубами. — Буркнул Раш-Фор. Хоть холекс и притупляет боль, рана всё равно доставляет неприятности, и юмор по достоинству центурион не оценил. — Это Двадцать Пятый назначил тебя ауксилием, а я могу мигом разжаловать обратно, если будешь умничать. Собрать оружие и патроны. Неизвестно, сколько мы тут ещё проторчим...
Подавая пример, он первым потянулся к валяющемуся на земле эльфийскому автомату и схватился за рукоятку, но отдёрнул руку и стал дуть на неё, в перерывах между выдохами ругаясь сквозь зубы.
— Отставить сбор оружия! — рыкнул Раш-Фор нам и жестом остановил, когда мы кинулись ему на помощь. — Ничего со мной страшного, кешот!
— Вы за ствол схватились? — мигом потянувшийся к ножу Хищник опустил руку.
— За ствол ты у землян хвататься будешь, когда к стенке прижмут. Солдат, я понимаю, что вы все любите шутить на тему того, какие же офицеры тупые. Но клянусь семенной железой Урсы, я знаю, как выглядит раскалённый стрельбой ствол, а как — рукоятка.
Решив самостоятельно во всём разобраться, Эришкигал присела на корточки возле брошенного Раш-Фором автомата и провела над последним рукой.
— Я чувствую магию в этом оружии. Возможно, какие-то охранные чары. Чтоб враг не завладел.
— А вы не могли сказать об этом сразу? — буркнул центурион.
— А кто вас просил хвататься? Суёте свои руки, куда не надо. Как дитя малое, именем богов.
— Вы всех называете детьми малыми? Ну, впрочем, неудивительно. Судя по цвету вашей кожи, вы очень стары.
Против меня в поединке Раш-Фор бился на равных. Видящей он никак не смог помешать, едва она захотела ткнуть ему в пах коленом. Собственно, потому и ткнула, что не сумел помешать. А вообще, как бы я ни уважал Раш-Фора, вынужден признать: дразнить зоговца — всё равно что класть нетхи крокодилу в пасть и надеяться, что проклятая рептилия сегодня сыта. Собственно, нетхами Раш-Фор и поплатился, судя по тому, с каким видом он скрючился и стал тереть свою мошонку, а Эришкигал, заставив когти принять прежнюю длину, дёрнула головой в сторону от нас.
— Могли бы и спасибо сказать...
— Простите, госпожа Видящая. — Я поклонился, и взгляд женщины стал мягче, она одарила меня им через плечо, и я заметил, как краешек красного глаза слегка оттянулся, стоило ей добродушно прищуриться. Я вовсе не пытаюсь лебезить или выпросить прощение за грубость начальника; я действительно благодарен колдунье за помощь. Снова она в одиночку сделала всю работу за нескольких здоровенных дуболомов, ещё и Раш-Фор ей нагрубил. Впервые мне стало стыдно за своего командира. Редкий, наверное, случай, когда офицер позорит солдат, а не они его.
— Смотрите! — Хищник вытянул руку к небу. Приглядевшись, я разглядел вдалеке огоньки на борту левитатора. Раз не слышно рёва турбин или хлопанья лопастей — точно левитатор.
Так спокойно и хорошо мне ещё не было никогда. От радости не захотелось даже думать, как левитатор нас нашёл, ведь Левиафан не закончил чинить систему связи упавшего «Вампира». Возможно, штурмовик запросил поддержку ещё до того, как был сбит. Или летящий сюда левитатор тоже просто партизанит, потеряв связь со штабом.
— Эй! — зная только, что надо попасться ему «на глаза», мы все, придерживая слабого Левиафана, отбежали от опушки подальше, принялись стрелять в воздух. Даже Раш-Фор, унявший ноющую семенную железу, усердно палит из пистолета. Усилия принесли плоды: огни приблизились, гул двигателя стал громче и плотнее, а потом в паре десятков танов над нашими головами прорисовались и очертания корпуса малого десантного судна «Каракатица». Сейчас пушки прижаты к бортам и днищу, а чуть спустившись, корабль врубил мощные прожекторы под крыльями. Нет, десантное судно просто так не стало бы летать в тылу врага. Значит, штурмовик всё же успел послать сигнал о помощи. Ну и чудно.
Чувствуя, что даже дышать стало легче, мы приблизились к приземлившейся «Каракатице». Её пассажирский ангар открылся, и навстречу нам вышел десяток клонов. Шагающий впереди снял шлем, и тут-же я кинулся к нему, сжав в объятиях настолько сильно, насколько позволил надетый на воина панцирь. Всё же согнуть толстый слой брони не под силу даже мне. А ведь показалось, что под силу, потому что я увидел Танкреда. Раньше никогда бы не позволил себе такого запанибратства по отношению к командиру, но слишком уж обрадовало долгожданное спасение.