— Конечно, касур. — Поддакнул я, лишь бы Раш-Фор не замечал поднимающуюся на ноги Эришкигал ещё минуту-другую. — Зачем же повышать того, кто всё равно умрёт? Это государство просто лгало нам и вам одинаково, считало вас ничем не лучше нас, сделало командиром смертников, а вы, касур, верили. Как я верил.
— Я не знал... я... не знал... — его шлем тоже упал на землю.
Самый подходящий момент для того, чтобы выхватить свой пистолет и всадить пару десятков грамм пулевого сплава в незащищённую голову центуриона... Но я не могу. Просто рука не поднимается, но вовсе не из-за милосердия. Он пытался убить меня и Эру, а сам я сделаю с ним то же самое, но сейчас Раш-Фор усомнился так же, как я. Зачем убивать того, кто способен помочь? Или, по крайней мере, перестал быть опасным?
— Идёмте с нами, касур. — Он приподнял пистолет, но так и не прицелился в меня, когда я положил руку на его плечо, как товарищу. — Вы — хороший человек и хороший командир. Я не хотел бы убивать вас.
— Брах, не могу. Прости, чёрт возьми, но не могу! Я давал Империи присягу, а ты — нет! Ты не можешь осознавать, что это значит!
— И это после всего, что я рассказал вам? После всего, до чего вы додумались?
— Брах, я — офицер!
— И я тоже!
— У тебя не было предков, которые лежат в некрианской земле! Я пойду с вами, а что станет с Некром? Туда придут земляне и восставшие клоны, узнавшие правду от тебя! Нет, не отпущу. Прости, но я делаю это не ради имперского правительства, а ради своей Родины. Я ведь сражаюсь за то, во что верю, помнишь?
— Я тоже, касур.
— Вот и сражайся!
Кулак центуриона сжался и буквально выстрелил в мой торс быстрее, чем я отодвинулся на безопасное расстояние. Мощнейший удар откинул тана на два назад, грубо уложил на лопатки, и я почувствовал, как пластины бронежилета вогнулись что на спине, что на груди.
— Обнаружен небольшой перелом.
— СУЗИ, не сейчас!
Удар пришёлся в область сердец, они потеряли ритм, и снова я выбыл из этого мира, на минуту уж точно. Пока валялся, успел насладиться зрелищем того, как Эра кинулась на Раш-Фора сзади, замахиваясь обеими саблями сразу. Такой удар мог бы развалить его на несколько частей, до самой мошонки, но центурион заметил опасность и обернулся вовремя, приняв вражеские клинки на свой. Если б только знать, что Раш-Фор подслушивал наш разговор, что обгонит и притаится в засаде у дороги... Но мало какой Видящий обладает даром предвидения. Эришкигал могла бы стереть его в порошок с помощью магии, и тут опять вышел прокол: Эра ведь успела нацеловаться и наобниматься со мной только что, и силы её никак не могли восстановиться так быстро. Особенно после контузии. Вот и пришлось довериться холодному оружию — всё остальное было в рюкзаках, а те были на байке, когда тот разнесло гранатой. И хотя даже без магии и даже в своём нынешнем разбитом состоянии Эришкигал фехтует на завидном уровне, с бодрым и сохранившим все силы Раш-Фором ей не сравниться, да и трудно дотянуться коротенькими сабельками до противника, когда тот размахивает полноразмерной легионерской. Центурион и Эра вошли в яростный клинч, металл соприкоснувшихся сабельных кромок заскрипел, но подруга согнулась пополам, едва Раш-Фор дал ей коленом под рёбра. Уже не способная сопротивляться, она позволила схватить себя и оказалась рядом со мной — сильные кибернетические руки центуриона легко кинули её по воздуху через несколько танов пустого пространства.
— Видишь, Брах, любовь не для тебя. Ты расслабился. Даже пистолет потерял. — Не приближаясь, Раш-Фор повертел трофейным «Стигом» возле головы, вынул магазин, разобрал на части и выкинул груду деталей в сторону, а затем повторил всё то же самое со своим пистолетом. Вколов себе в шею шприц холекса из аптечки на пояснице и взяв саблю одной рукой, второй он вынул нож. Сказать, что после стимулятора Раш-Фора перекосило — это ничего не сказать. Нижняя челюсть загуляла так, будто выпала из пазов и держится только на лоскутах плоти, и изо рта, превратившегося в широкий угловатый разлом, раздался громкий скрип зубов и тяжёлое глубокое надрывистое дыхание, переходящее в хрип и хрюканье. Голова резко завалилась набок, точно шейные позвонки сломаны, мелко-мелко затряслась и вдруг откинулась назад, и так из стороны в сторону. Руки тоже заплясали, но оружие держат уверенно. Я и подумать не мог, что от холекса так прёт. Со мной ведь такого не было. И с Левиафаном тоже. Хотя, клоны-то поустойчивее будут ко всякой химической херне. — В учебном поединке я не сумел одолеть тебя. Не хочу, чтобы моя нынешняя победа принадлежала пушкам.