— Но у нас есть снимки буквально каждого миллиметра их земли, мы нигде не видим оборудование позиций для ПВО, — говорил, даже немного оправдывающимся тоном, генерал разведки.
— Это если вы исходите из моих знаний, я вот допускаю, что они могут создавать разные системы обороны, только основываясь на моих знаниях, комбинируя разное, не обязательно там будут те вооружения, которые я видел в той своей жизни. Почему исключается возможность чего-то нового или нетипичного?
— Но и о подобном у нас нет разведывательных данных, мы же знаем о каждой единице техники, что они производят.
— Почему вы не допускаете, что вам просто скармливают нужную или некритичную информацию, чтобы вы не рыли дальше? — весьма вежливо спросил Андрей.
— У нас нет поводов сомневаться в наших агентах, — это уже заявил Шари.
— То есть двойной агентуры не бывает? То есть ваших агентов не могли раскрыть и теперь использовать, чтобы давать вам нужную картину?
— Это люди из самых высоких семей, которые не в первом поколении находятся там, но очень тонкой, незаметной ниточкой сохранили связь с нами. Когда я говорю не про первое поколение, я имею в виду, что они покинули эти территории пару сотен лет назад.
— Не вижу проблемы, что и там учтут их этничность.
— По этничности они обладатели старых европейских фамилий, белой кожи, капитала в тех банках и многолетней работы на пользу рода Дойтеров.
— Так зачем они помогают вам? — самую малость раздражался Андрей.
— Потому что не считают, что получают соразмерно своему вкладу и есть те, кто будет ценить их работу больше, особенно когда что-то начинает играть в крови, как если находясь десяток лет в другой культуре где-то издалека слышишь родную музыку из детства, напрягаешь слух, а она исчезает и не понятно, реально ли это звучало или тебе показалось.
— А вы жили в другой культуре? — спросил Андрей вспомнив разговор на берегу, где Шари заявил, что любой воин должен считать себя мертвецом, что и разозлило и позабавило самого Андрея, может и здесь так: пафос и только.
— Конечно, мы с Залией обучались с самого детства в землях Дойтеров, потом в Стелларисе и только в двадцать один год, то есть двенадцать лет назад, вернулись сюда. И похожий случай у меня был в Гамбурге, куда мы приехали с начала, в шесть лет, и вот пробыли мы там всего лишь год, но мне казалось что десять как минимум и я тоже услышал родные звуки, а из-за них будто почувствовал вкус родной еды, хотя ей даже не пахло, но это длилось долю секунды.
Шари снова был сама вежливость. А Андрей не знал как после этого откровения перейти к делу, но как мог улыбнулся, кивнул, поднял ладонь, которой как-то очень застенчиво, видимо намекал на то, что ему нужно внимание для другого.
— Но всё же, — начал он немного виновато, — мы имеем самолёты для подавления ПВО, я согласен с планом высадки в Греции, но только если получится подавить их оборону, так же согласен в том, что можно продолжать через Италию, при том же условии. В Греции думаю стоит высадиться, чтобы в с двух направлений атаковать Великую Славию, если там нас действительно не ждут мы сделаем это быстро, далее, подойдя на расстояние с которого сможем поразить их промышленные объекты мы должны сделать это, предварительно уничтожив ПВО там где сможем дотянуться. Далее я предлагаю широким фронтом заходить на земли Дойтеров, где, как только мы потеряем скорость продвижения или вообще остановимся предлагаю отступать, но не стремительно, а оказывая сопротивление и подводить резервы, чтобы сопротивление было как можно более ощутимым для врагов.
Андрей выдохнул и продолжил.
— Далее, на подготовленные позиции мы должны заманить армию Дойтеров на нашу территорию, в гористой местности Турции будет удобно организовать уже наши силы как ПВО, так и сухопутные, я рассчитываю и надеюсь, что как можно больше техники и людей окажутся в нашей ловушке, уничтожив их мы создадим себе коридор для нашей контратаки, с помощью которой мы прорвёмся к границе Стеллариса и разделим страну на два части. Далее нужно обеспечить проход Сакари к Хельсинки одним большим рывком, где он без проблем захватит их штаб управления и по сути отключил всю их атакующую и оборонительную систему. Вот.
Борисов закончил описание своего плана в общих чертах, смотрел главным образом на Шари, по выражению его лица было ясно, что некоторые замечания у него есть.