За те же двое суток была потеряна тысяча пилотов и тысяча единиц техники, то есть тридцать процентов всей атакующей авиации. Андрей оказался чертовски прав насчёт того, что разведка может быть не только у Шари и что не стоит недооценивать своих врагов, в его голове созрел план того, как можно противостоять их системе ПВО, но перед тем как изложить его своему начальнику решил ему немного насолить, так как по какой-то причине на территории Великой Славии их пока никто не трогает, он поднял тех, кого мог в воздух и с территории страны в которой они сейчас находились нанёс удары по известным ему промышленным объектам предназначенным для выпуска военной техники, таких было всего два в зоне досягаемости самолётных ракет, но этого хватило, чтобы ввести Шари в состояние бешенства.
Правитель Южных Королевств даже в телефонном разговоре с Борисовым пытался давить на гуманность и говорить, что он нанёс удары по мирному населению, по несчастным рабочим, но Андрей прекрасно знал, что те заводы были полностью автоматизированы и там не трудилось ни одного человека со дня их создания.
Глава 16
Те офицеры, у кого уже сложились хорошие отношения с Андреем намекали ему, что через несколько дней прибудет Шари со своими людьми, чтобы арестовать Борисова, на что тот лишь пожимал плечами: во-первых, что он мог бы с этим сделать, во-вторых, сейчас он был больше занят разгадкой того, почему самолёты над Грецией и Италией были уничтожены практически мгновенно, а здесь их никто не трогает уже более недели. Если у генерального штаба и имелись какие-то данные по этому поводу, то с Андреем ими никто не делился. В общем и без дополнительной пищи для размышлений, он уже не мог остановиться думать о том, как можно взломать оборону Союзов Центральной Европы.
Действительно, спустя ещё трое суток во временный пункт проживания, в котором размещался Андрей с людьми своего отряда, в сопровождении охраны ворвался Шари. Он без каких-либо прелюдий сообщил о том, что из-за нарушения приказа, использования военной техники и снарядов в своих личных целях, Борисов и все кто участвовал в уничтожении двух заводов на территории Дойтеров, будут арестованы и отправлены сначала в суд, а потом в тюрьму, сроки им определит правосудие Южных Королевств. Борисов в это время сидел на своей койке с весьма безучастным видом, уперев подбородок в ладонь, а локоть в колено.
— Ты же не знаешь как продвинуться дальше, — спокойно начал пилот Кальмара, — не бесись из-за пары заводов, возможно их уничтожение и даёт нам безопасность сейчас, вдруг их дроны пока не могут преодолевать большие расстояния, вдруг прямо сейчас они их свозят с других мест и нас атакуют уже завтра, а то и сегодня, такая возможность есть?
— Нет, такой возможности нет, мы наблюдаем постоянно за всеми передвижениями.
— Вы уже наблюдали, а тысячи самолётов как не бывало, — Андрей не ехидничал, если судить по выражению его лица, но слова очевидно колкие, — как и тысячи пилотов, а пилоты которые действовали по-моему плану — целые.
— Тебе есть, что предложить? — как будто через силу спросил Шари.
— Конечно, но никто из тех кого вы собрались арестовать не должен быть арестован никогда, по крайней мере за это преступление, — последнее слово Андрей пальцами взял в кавычки, — тогда я поделюсь с генералами и тобой соображениями.
— Мы же можем твои соображения вынуть когда захотим, ты забыл?
— Это наверное ты забыл, что вы способны извлечь знания, а тут знаний нет, только догадки, конечно можете попробовать, но вам нужны ещё месяцы для раскодировки, а мне кажется, что этих месяцев у вас нет.
— Зато у нас есть план.
— Ты сам прекрасно понимаешь, что если первыми запустишь хоть всю существующую авиацию, её уничтожат так же как в Италии. Пехоту на неподготовленные места тоже страшно вводить, поэтому ты и говоришь со мной, поэтому зачем весь этот цирк? Сделай сегодня же какой-нибудь документ, что все люди, которых из-за меня вы собирались арестовать не будут преследоваться и в ту же минуту я расскажу свои соображения.