Через несколько месяцев, корабль вышел за пределы солнечной системы, но отлетал от неё ещё в течение двенадцати недель, ради безопасности, преодолев ещё пол астрономической единицы, замер. Здесь-корабль носитель выпустил Кальмара из своих объятий, ему дальше придётся двигаться самому, а носителю нужно попытаться вернуться на Землю. Кальмар будто не решается, стоит на месте, через несколько дней расправляет свои длинные лапы, и дальше пребывает словно в застывшем состоянии, только отражения звёзд и галактик скользят по его корпусу, но в один миг он просто исчезает с того месте где стоял в никуда. По крайней мере первый этап пути, кажется, прошёл правильно.
Даже с закрытыми веками Андрей чувствует яркий свет, который исходит на него сейчас отовсюду, ни одна мысль ещё не зародилась в голове, лишь чувство, что затекла рука, как иногда бывает уснув ночью в непривычной позе, только вслед за рукой Андрей замечает, что те же самые ощущения есть и в ноге, и во второй, да и вообще по всему телу. Он рефлекторно открывает глаза, и так же закрывает их обратно. “Больно”, - первое что проносится в уме, а дальше уже приходит осознание того, что, похоже, прошло пять лет. Ему удаётся сесть. Вот теперь камеры работают и через них транслируется, то что находится в нескольких тысячах километров перед кораблём.
Планета, покрытая водой, видно большой кусок суши, который, сейчас в основном скрыт темнотой ночи, на дневной половине помимо местного мирового океана виднеется множество островков. За этой планетой скромно выглядывает очень маленький белый шарик, наверное это Проскима Центавра Б, открытая в начале двадцать первого века планета земного типа. Потом, в сороковых, открыли Проксиму Ц, но выяснилось, что это ошибка оборудования, и за год до войны, в 2061, была обнаружена Проксима Центавра Д, к которой Андрей сейчас и направил Кальмара.
После того как он оделся. нашёл скафандр для выхода наружу, нашёл пищу и воду, попросил свой корабль предоставить данные о полёте.
“Длительность полёта составила: 132 года, 7 месяцев, 1 день, 1 час, 22 секунды”.
Андрей улыбнулся и хмыкнул, затем вслух сказав самому себе:
— Вот-те и самая совершенная техника в мире. Какие сто тридцать два года? Тут конечно реакторы с термоядерным синтезом, но вряд ли их бы хватило, чтобы летать сто лет., - хотя сердце его на долю секунды и встрепенулось, но и через миг он словно отмахнулся сам от себя, — тут бы и питания не хватило, и главное, на столько лет, точно не хватило бы меня.
Он осмотрел корабль чуть помотал головой из стороны в сторону, словно по-доброму журя Кальмара.
Через считанные часы корпус межпланетного корабля сунул свой нос в атмосферу Центавры Д, если судить по камерам, то сейчас мало что отличалось от Земли, потому что всё закрывали облака, но этой слой был быстро преодолён и перед Андреем раскинулся вид, вроде и знакомый, так как мониторы сейчас транслировали ему и деревья, и воду. Как раз за время полёта над “Большой землей”, как этот кусок суши, по сути единственный континент Центавры Д, прозвал внутри себя Андрей, наступил день. Тысячи камер стали выходить, словно береговые ласточки из своих норок, из специальных отверстий корабля и разлетаться кто куда. Через пару часов одна из них прислала информацию о том, что есть подходящее место для посадки, Кальмар автоматически полетел туда, всё ещё двигаясь с помощью своих лап, разве что теперь они ни за что не цеплялись, а плотно прижались друг другу, имитируя собой крылья, с их кончиков гудело реактивное пламя.
Вскоре корабль сел на каменистом огромном куске скальной породы, к счастью, почти плоском. Сразу Андрей не заметил, а теперь подумал о том, если люди тут и есть, то живут, наверное только под землей, потому что сколько бы он не поглядывал на экраны, то не замечал тут следов цивилизации. Кальмар уже сообщил о том, что атмосфера схожа с земной, Андрей тем не менее надел скафандр с баллонами кислорода и пошёл в другой отсек, где стоит очень маленький самолёт, но чтобы “покатать” его по новой планете и такого будет достаточно. Сел в кабину, этого даже в какой-то степени комичного аппарата, из-за спины выползла стеклянная сфера плотно слившаяся с корпусом. Две створки, в нескольких метрах от самолёта, которые снаружи и внутри выглядели совершенно монолитно, сейчас раздвинулись обнажив перед пилотом серое небо нового мира.
— Не зря тренировался, — сказал себе Андрей, когда не напрягая ума и воспоминаний, оказался в небе.
В сущности лететь куда-то в определённое место было не нужно, просто послоняться пока хватит батареи. Борисов отправился в сторону огромного леса, который, казалось, раскинулся на всю длину горизонта. Подлетев ближе он понял, что маневрировать между огромными деревьями, намного больше тех, к которым он привык на Земле, не получится, а спуститься на почву или тем более войти в этот лес, который больше всего напоминал хвойный, как-то страшно. Однако любопытство пересило страх, и выйдя из кабины своего маленького индивидуального самолёта с электродвигателями, он стоял задрав голову рассматривая гигантские растения, больше всего похожие на секвойи, но только как будто в несколько раз больше. “А может мне только кажется, что больше”, - подумал Андрей. Преодолев ещё одну навязчивую мысль отговаривавшую его входить в лес, Борисов сделал и это, никакие инопланетные тигры или медведи его здесь не атаковали, вообще в наушниках, через которые в скафандр транслировались звуки этой планеты не было слышно никаких ничего похожего на животных, птиц, или, тем более, людей.