– Все, сиди тихо.
Солдат отошел на пару шагов и присел на деревянное ограждение. Кайра посмотрела в дверной проем напротив. Что там происходит? Успеет полковник или нет? Сможет ли он убедить Пашкова?
Просчитать варианты.
Вероятность успеха диалога – 50%
Вероятность попасть на Кайлрити – 76,455%
Гнев, страх, брезгливость, тоска. Девять минут.
– Гриша, перестань. Ну ты же офицер.
– Вот именно, Макавеев. Я офицер, а не дебил. Ты это все заварил, а мне теперь расхлебывать. Нет уж, она поедет в институт, и мы будем изучать эту бабу. Сколько всего из нее можно вытащить!
– Да можешь ты хоть на минуту перестать думать о себе! Я тебе говорю о мире, о нашем мире, понимаешь? – полковник горячился, – на нас сейчас лежит такая ответственность! Неверное решение и все! Война.
Пашков понимал, что сейчас решается его судьба. Да и что там греха таить, судьба всего мира. Он может войти в историю страны, Земли. Он может изучать пришельца и выпытывать секреты. А какой это вклад в будущее науки!
Уже на трассе, выкручивая руль внедорожника, психолог знал: если этот ненормальный решит что-то выкинуть, придётся его обезвредить. И сейчас, глядя на противника, Пашков понял – стычки не избежать. Один из них это сделает. Жизнь учила его всегда бить первым и сейчас самое время, применить эти знания.
Но Макавеев тоже был на этих уроках. Секунда – и в руках обоих мужчин блестит оружие. Маленький кольт Макавеева против огромного смитта Пашкова.
Они закружили по траве.
– Брось, Михалыч.. Последний раз прошу.
– Поздно, друг. Теперь у нас один выход, да? – усмехнулся психолог.
– Черт, я не хочу в тебя стрелять. – Макавеев тянул время, как мог.
– Так не стреляй. Я заберу девку, и мы уедем. Ты напишешь рапорт и забудем обо всем. А на выходных выпьем и посмотрим футбол.
Автоматная очередь разорвала тишину поля. Из Ангара раздался короткий крик и все стихло.
Макавеев инстинктивно обернулся, и в этот момент Пашков бросился на него. Обрушив на полковника вес тела, он вложил всю силу в удар. Кулак пришёлся Макавееву в солнечное сплетение. Но падая, он схватил Пашкова за руку и увлёк за собой.
11
Кайра смотрела на распростертое тело.
Недоумение. Страх. Сочувствие. Жалость. Жалость. Жалость.
Этот солдат, ещё минуту назад грозно нависающий над ней, лежал у ее ног бесформенной кучей. Молодой парень, который был совершенно не готов увидеть аттерн. Когда воздух в метре от него начал плыть и искрить, он отреагировал единственным доступным способом – стал стрелять. И все пули, что успели вырваться из ствола, в преломлении пространства, вернулись к нему рикошетом. Он рухнул на пол и на его лице застыло выражение крайнего удивления.
Кайра чувствовала, что по лицу текут слёзы. Человеческие слёзы застилали глаза существа, пришедшего на Землю с миром и убившего человека. Что же она наделала?! Она слышала крики и выстрелы на улице. Аттерн готов, можно уходить. Но что полковник?
Любопытство, ужас, трепет, нежность, страх, надежда. Три минуты.
Она встала на четвереньки, испачкав колено в крови. Развязать руки никак не получалось. Вдруг за спиной послышались торопливые шаги. Хрусть—хрусть. Она замерла.
Человек подбежал и одним быстрым жестом разрезал веревку.
– Давайте, давайте, барышня! – кричал Макавеев.
Он был весь в грязи. Всклокоченные волосы, царапина на лице. На рубашке с правой стороны расплылось алое пятно.
– Ну! – Он рывком поднял ее на ноги и пихнул в сторону открытого портала. – Объясните всем, что мы не со зла.
Кайра оглянулась в последний раз. Сейчас все эмоции исчезнут и станет легче.
– Спасибо! – только и смогла сказать она.
Аттерн принял человеческое тело и разметал его на атомы. Сущность кайоритянина скользнула в коридор между мирами, и все исчезло.
***
Только сейчас Макавеев почувствовал боль и зажал рукой рану. Он смотрел на чудо – а чуда больше не было. Вот только минуту назад здесь был инопланетянин, портал, связь двух планет. А сейчас только заброшенный сарай, кучи мусора и мертвое тело.
Он тяжело вздохнул. Потери, это всегда тяжело. Но на войне потери неизбежны. А сейчас перед ним лежал молодой боец, погибший глупо и зря. Рука сама собой сжалась в кулак. Его звали Илья.
Полковник медленно повернулся и вышел наружу.
Пашков так и лежал без сознания возле машины. В драке он сильно приложился головой о колесо.