Наставник, обретший имя Папагайо после обряда посвящения заокеанским мастером, радушно принял в группу новичка, дав понять, что нет предела совершенству и все мечты должны сбываться, особенно те, что связаны с сальто назад.
Под задорные этнические напевы на португальском языке незаметно прошло первое занятие. По завершению была сделана желаемая фотоиллюзия беззаботного юноши, отбивающего ритм на высоком африканском барабане. Композицию дополнили выросшие по бокам два крепких парня – в белых одеждах и с музыкальными инструментами, напоминавшие удочки. Клёв был рассчитан в том числе, и на эти рыболовные снасти, хотя стройные атлеты могли отвлечь «рыбье» внимание. Вот только взять напрокат зелёный пояс не позволили, потому как воин не достиг просветления и ступени отречения не остались за его спиной – одним словом, схалтурить не удалось.
Работы, выставленные в социальных сетях, не заставили ждать оценок. Их обсуждения забавляли, тренировали остроумие и радовали беззлобным юмором.
Проверив списки друзей у однокурсников Риты, выяснилось, что она не зарегистрирована даже под вымышленным именем. Вполне возможно, если бы искомая страница была обнаружена, то у бывших приятелей завязался бы оживлённый диалог, но, к счастью, заботливая Вселенная оградила Фёдора от этого малодушного шага.
Однажды вечером, печатая сатирический комментарий случайно попавшей в поле зрения девушке, молодой человек наткнулся на аватарку с до боли знакомыми чертами лица. Со снимка на него смотрела Рита. Внимательно вглядевшись, Фёдор увидел разницу, но пройти мимо человека с такой внешностью уже было невозможно.
Избранница оказалась моложе давней знакомой на три года и обладала потрясающей фотосессией, явно сделанной профессиональной рукой: с использованием дымовой завесы и театрального костюма. Звали её Эллочка.
Испачканная угольной сажей босоногая Золушка отражалась в зеркальной глади городского пруда. Юная леди на каблуках и в вечернем платье наполняла желудями лукошко в лесу. Шкодливые лисьи глазки кокетливо выглядывали из зарослей камыша. По масштабному перформансу можно было сделать вывод, что мадмуазель давно на выданье, мечтает в объятьях юного кавалера позабыть обо всём, одержима страстью покинуть родительский дом, ну или хотя бы просто выйти замуж.
Диалог начался с вопроса, пострадала ли хоть одна лягушка за время фотосъемок, после чего стороны обменялись мнениями о плюсах и минусах жизни земноводных. Фёдору понравилось определение, данное этому явлению Лизой в парке Гуэля, «развести на базар». Не остались в стороне вопросы о наличии на съёмочной площадке салютмейстера, приводящего в действие пиротехническое сигнальное устройство, а также надувного спасательного круга-уточки на случай, если модель шлёпнется в водоём, и, конечно же, о судьбе костюма Золушки в последующих ролевых играх.
* * *
17 мая 2007 года
После телефонных переговоров Эллой в присущей ей озорной манере было дано согласие отужинать в каком-нибудь уютном месте. Дважды это мероприятие откладывалось: то по причине внезапного разрыва отношений лучшей подруги с парнем, то по причине ухудшения здоровья кошки. Однако обоюдные звонки продолжали проходить в игривой форме, беззастенчиво затрагивая самые откровенные темы. В третий раз, договариваясь о совместной вечерней трапезе, молодой человек настоял на пари в пятьсот рублей. Спор состоял в том, что девушка не придёт на свидание по очередной «веской» причине, Эллочка же утверждала обратное. Проигравшей стороной денежная сумма либо собственноручно вручалась победителю, либо переводилась на известный телефонный номер.
Фёдор давно положил глаз на одно кафе, забавлявшее отчаянным порывом владельца создать атмосферу престижного байкерского пивнаря. Очевидно, что его привлекала западная музыкальная культура, но и не отпускала ностальгия по тёплому советскому прошлому. Стараниями местного художника-оформителя интерьер обрел черты как первого, так и второго.
На входе гостей встречала пара почему-то разукомплектованных мотоциклов «Урал» с колясками. Возможно, недостающие элементы ушли на запчасти и сейчас, вместо заслуженного отдыха под покровом паутины, где-то на бескрайних просторах под рёв мотора поднимают в небо столбы пыли. Это познавшее сравнение железо уж точно знало ответ на вопрос, «какая пыль дарует истинное счастье: дорожная или музейная».
Кирпичные стены пестрели виниловыми пластинками, регистрационными знаками импортных автомобилей и многочисленными постерами, отдающими дань то Всесоюзной пионерской организации, то творчеству «Rolling Stones», то таланту Диего Марадоны. За игроками в бильярд наблюдал бюст вождя мирового пролетариата в кожаной кепке.