— Давай.
Все хорошее когда-нибудь заканчивается — так говорилось в каком-то старом фильме. Они с Маришкой только-только во вкус вошли — а вот уже и пацаны возвращаются. Впрочем, так-то, дети сексу не помеха. Но все-таки уже что-то не то.
Родители приехали в субботу и привезли с собой двух дочерна загорелых мальчишек и кучу еды. Андрей слушал бесконечное трещание Каси, прерываемое изредка басовитыми замечаниями Демьяна, кивал словам отца и матери и ловил себя на неожиданной мысли. Андрей пиздец как по пацанам соскучился. Что он там думал — про «что-то не то»? Вот теперь все то и так. Его сыновья с ним. А Марина… И Марина тоже.
Андрей проводил родителей, выдал детям ведро корма и вынужден был уехать снова на площадку. Лето — такое лето.
А вечером…
Андрей Лопатин: Я зайду к тебе вечером?
Марина Голубятникова: Конечно. Жду.
— Мои демоны вернулись
— Они не демоны. И я знаю. Они уже забегали.
Андрей посмотрел на то, на что задумчиво смотрела Марина.
На столе перед ней стояли очень странные предметы. Если присмотреться внимательно, становилось очевидно, что это кружка и тарелка. Очень неумело сделанные, неровные и кособокие кружка и тарелка из глины.
— Что это?
— Дема сказал, что у бабушки какая-то подруга ведет кружок вот этого… — Марина кивнула на стол. — Я забыла, как это называется.
— Гончарный кружок.
— Точно. Это Дема и Кася мне сделали. В подарок.
Андрей тяжело осел на стул. Вот эти кружка и тарелка очень четко демонстрировали, кем являются Андрей и его мальчишки для Марины. Умная, красивая, успешная женщина сидела на чистой красивой кухне и смотрела на кособокие кружку и тарелку, стоящие на столе. Третьего такого же кособокого предмета не хватает.
А, впрочем…
— Марин, скажи мне честно… — Андрей начал и замолчал.
— Конечно, скажу. Конечно, честно. Я тебе не сказала ни слова неправды. Я только Лампе наврала. И Анастасии Николаевне.
Андрей вздохнул. Ну о чем там вздыхает твоя упрямая голова?!
— Марин, скажи правду — они не сильно тебя достают? Не напрягают? Не…
— Нет. Совсем нет. Мне… мне очень нравятся твои… У тебя прекрасные сыновья, Андрей. И они не могут напрягать.
Марина сказала правду, после которой они замолчали оба.
А потом Андрей, вздохнув, пробормотал что-то. Марина разобрала только одно слово — «собака». Собака? При чем тут собака?! И тут в голове всплыла фраза: «Любишь меня, люби и мою собаку». Ты про это, Андрей? Ты про это?!
Марина встала, легко коснулась твердого мужского плеча. А потом, так же легко и как будто привычно, чмокнула густую темноволосую макушку.
— Ты голодный? Ужинать будешь?
— Буду.
Близость была медленной, неторопливой, нежной. Марина для себя вдруг сочинила название для нее — гусиная. Потому что от прикосновений Андрей, от его дыхания, от тяжести все тело покрывается гусиной кожей. И потому что потом в постели засыпают два гуся-обнимуся.
А утром Марина проснулась от звонка телефона Андрея. И от его ворчания.
— Что, снова что-то случилось на стройке? — сонно пробормотала Марина.
— Хуже. Дети требуют завтрак, — Андрей вздохнул и сел на кровати. — Оладьи им подавай, как у бабушки. Где я им возьму оладьи?!
Марина тоже села, обняла широкие гладкие плечи, прижалась щекой к спине.
— Дайте мне полчаса — и будут вам оладьи.
Ее руку накрыла большая мужская ладонь.
— Иногда я не верю, что ты настоящая.
Марина куснула плечо и не без сожаления убрала руки.
— Настоящая, не сомневайся. Я в душ. Заправь постель, пожалуйста, и свари кофе.
Лето покатилось стремительным шаром. В этом шаре крутилась работа без выходных, растущий дом, редкие часы отдыха. И все это — вчетвером. Как-то вдруг внезапно вчетвером. Андрей не успевал это осознавать. Но это лето совсем не походило на то, как он жил раньше. Мальчишки, которые из-за работы отца часто были предоставлены сами себе и регулярно влипали во всевозможные неприятности, теперь плотно подсели Марине на уши. И не только.
В один прекрасный день Андрей обнаружил пацанов за чтением. Взяли книжки в библиотеке и читали! «Нам на лето задали», — невозмутимо ответил Дема на закономерный вопрос отца, что собственно, происходит. Что творится, однако. Ну ладно бы младший, тот почти отличник, но старший?!
А еще они съездили втроем на какой-то квест в городской парк развлечений. Вернулись довольные и шумные, причем больше всех шумел обычно немногословный Демьян.