Об Обществе именно так надо писать, с большой буквы, даже если Общество состоит из домохозяек, бывших работников коммунистического аппарата управления родом из колхоза имени Светлого Пути в призрачное будущее.
И вот тогда, на этом светском рауте, когда Наташа оказалась в новой для себя роли, среди череды высокопоставленных и много на что влияющих лиц, возник Он, выдвинувшийся из полумрака колонного зала на встречу с Констатином, словно паук, ощутивший вибрацию натянутой паутины.
Широкополая шляпа, надвинутая на лоб, оттеняла смуглое лицо, поэтому даже при невысоком росте Наташи, она не могла рассмотреть лицо Колдуна. Она видела только его рот. Свободный, темно-бордового цвета бархатный костюм, казалось, сшитый из театрального занавеса, придавал телу Колдуна еще большие размеры, чем он был на самом деле, но скрывал хорошо его неестественную и безобразную полноту.
Колдун не здоровался за руку ни с кем, но это не было положение изгоя. Нет. Он держался так, словно собравшиеся серьезные и взрослые люди были группой детского сада, а он, воспитатель, внимательно следит за всеми своим пристальным взглядом из под широкополой шляпы.
-Поздравляю Вас, Наташа, с первым выходом. - сказал он спокойно и подбадривающе, но при этом окинул девушку с головы до ног, и почему-то задержался на ее животе.
Наташа ощутив его взгляд, положила инстинктивно руку, словно живот был обнажен и его надо было прикрыть. Так она в первый раз ощутила неприязнь к Колдуну. В ней что-то вздрогнуло, возмутилось, глубоко...
-Хм, я кажется, чего-то не предусмотрел. - изрек странную фразу Колдун, и видимо понимая эффект от своих слов, быстро переключился на Константина, - Что ж, теперь в нашей тихой заводи есть прекрасные создания, разгоняющие местный нафталин. Будет не скучно.
Заметив удивленное лицо Константина, Колдун поспешил закончить:
-Что ж, развлекайтесь. Это ваше время.
Константин кивнул головой и повел Наташу прочь от Колдуна.
Наташа ощутила себя резко неважно. Настроение было испорчено одним только взглядом и фразой Колдуна. Она отвела взгляд и вздрогнула. Ей показалось на миг, что лица присутствующих обезображены хищными гримасами. Они смотрят на нее и странно улыбаются.
-Что с тобой? - спросил обеспокоено спросил Константин.
-Много людей... - ответила Наташа, - все так непривычно...
И так, Колдун. В городе Николаеве поговаривали, что он сбежал из какого-то небольшого городишка. Представьте себе самое мерзкое, что у Вас может вызвать чувство отвращения. Представили?
Колдун был человеком высоким и неприлично толстым. Именно так – неприлично толстым. Возможно, его безобразная полнота была следствием болезни, нельзя судить о человеке по его внешности...
Его кожа, выглядела черезмерно загорелой, неественно темной. Это был не загар и ни национальный или рассовый признак. Выглядело это как некая печать.
Но теперь это уже не важно, главное, что у человека, которого не только по внешнему, просто отвратительному виду, но и по характеру, можно было назвать смело куском дерьма, была одна главная особенность.
Он действительно был колдуном.
Настоящим. И эта главная особенность при всей его внешности и поведении делала его тем самым омерзительным веществом.
Не думайте, что он ходил в длинной чёрной рубашке, носил на себе тайные амулеты и его дом был заставлен колбами и риторами. Гомункулусов он не выращивал, и золота из свинца не делал. За пределами раутов, в повседневности, на своей толстой шее он таскал вульгарных размеров золотое распятие, на торпеде его «Инфинити» красовались святые образа, и он не брезговал надевать на себя простой спортивный костюм с шестью волшебными буквами: «Адидас». Он хорошо адаптировался к местной николаевской моде успешного человека. Только вот, одно "но". Манера Колдуна одеваться была "вчерашней модой", и соблюдаемая им по умыслу.
Будучи дерьмом по натуре и сути, он мог из любого другого куска дерьма сделать чистое, блестящее и высшей пробы золото.
Вернее, придать ему вид золота высшей пробы.
Как у него это получалось - ни кто не знал, кроме Константина. Потому что однажды, именно Константин и стал причиной появления колдуна в Городе.
Всякий раз, когда Константин ездил к нему за услугами, а это было редко, он всё равно ловил себя на мысли, что испытывает совершенную неприязнь к этому существу, но ничего не мог поделать с необходимостью в его услугах. Константин, такой свободный и сильный, такой уверенный и властный, хозяин своей жизни, зависил от Колдуна, как и Колдун, зависел от него.