— Пандора…
Тепло разлилось по моим венам, когда моя магия взметнулась, вырываясь наружу.
Сокрушительная сила рванула из глубин моего нутра, когда я закричала. Горло горело от усилия. Тёплый металлический вкус крови наполнил рот. Я выплеснула каждую крупицу своей магии. Это было почти как тогда, когда я пожрала душу собственной матери, — только хуже, куда хуже.
— Ч-что? — тени Поппи дрогнули, застыв посреди удара, будто её застали врасплох. Её тошнотворная уверенность треснула, когда взгляд заметался по пещере. — Шарлотта, куда ты делась?
Вейн исчезла. Её нигде не было. Разочарование, ударившее по венам, было почти сладким. Будь она здесь, я бы смаковала её душу, прежде чем поглотить её целиком. Я бы сделала так, чтобы ей было больно за то, что она сделала с Ридом, и за то, как смотрела на Декса.
— Я никогда раньше не слышал этой дрожи в твоём голосе, Поппи. — Декс с трудом выдавил болезненные, прерывистые слова. — Что такое? Боишься, что наконец столкнёшься с возмездием?
— Ты… — её слова застряли в горле, когда она посмотрела на меня с ужасом.
Два потока моей тёмной, похожей на облака силы заструились с моих губ. Один вплёлся в Декса, забирая тёмную магию, отравившую его, и оставляя после себя только его магическую сущность и душу.
— Пандора! — выдохнул он, и к его коже начал возвращаться цвет, пока моя магия выдёргивала из него тьму, втягивая её обратно в меня тошнотворным рывком, чтобы уничтожить.
Другая часть моей магии свернулась кольцами вокруг Поппи.
Она пошатнулась, и вспышка ужаса в её глазах стала знакомым эхом выражения моей матери в её последние мгновения. Рот Поппи распахнулся, словно для крика, но ни звука не вышло.
— Ты не поглощаешь её… ты уничтожаешь её. — Её голос был едва громче рваного выдоха. — Мы ошибались. Ты не принесёшь Тёмной Завесе успех. Ты станешь нашей погибелью.
Я не почувствовала к ней ни капли милосердия, когда моя сила нырнула ей в горло. Мерзкий вкус её злой души затопил меня, густой, как тёмная магия внутри неё.
Каждая частица рассеивалась в ничто, пока я пожирала её гнилую магию.
Её воспоминания, её злодеяния — всё это вспыхнуло в моём разуме. Каждая ужасная вещь, которую она сделала с Дексом и его сестрой, болезненно скручивала моё сердце в груди, пока я переживала это на себе — от её лица.
В конце концов, мы с Дексом были не такими уж и разными.
Её тело рухнуло на землю с тошнотворным треском, который эхом разнёсся по пещере, словно самый сладкий погребальный звон.
Лишь леденящая тишина сменила её угрозы и приказы.
Я болезненно сглотнула. Горло саднило, а руки неконтролируемо дрожали.
Руки Декса крепче обвились вокруг меня. Его грудь была тёплой, но моя кожа казалась слишком холодной, слишком липкой.
Его пальцы коснулись моей щеки.
— Ты сделала это. Ты убила её. Судьбы, ты убила женщину, которая мучила меня всю мою жизнь.
Он смотрел на меня, но я едва могла встретиться с ним взглядом. Вкус тёмной души Поппи всё ещё держался во рту, болезненный и мерзкий, покрывая мой язык. Я всё ещё чувствовала её отвращение к собственному сыну, извивающееся в моём нутре вместе с воспоминаниями о том, что она с ним делала.
Никакое кормление не очистит пятно, которое она оставила на мне.
Я слабо кивнула, моё тело дрожало от истощения после выброса силы.
— Я спасла тебя.
Мир вокруг меня расплылся в тумане.
— Спасла. — Его голос сорвался. — Ты снова спасла меня от самого себя.
— Не от самого себя. От тёмной магии, — прохрипела я.
Я почувствовала, как его тело вздрогнуло рядом с моим, прежде чем из него вырвались рыдания — сырые, неконтролируемые. Звук рыдающего Декса разбил мне сердце.
— Мне так жаль, Пандора. Я не хотел причинять тебе боль. Я пытался защитить тебя, но даже это не смог сделать правильно. — Его голос был пропитан виной и скорбью, каждое слово — кинжал в моё сердце. — Я отзываю отвержение, Пандора Грейвсенд. Я отзываю его…
Пока тьма застилала края моего сознания, я почувствовала его.
Его сторона связи Пар крепко ухватилась за саму мою душу.
А потом я провалилась в небытие.
2
РИД
Мой мир снов казался чужим и враждебным, отражая отчаяние, которое пожирало мою душу с каждой проходящей минутой. Сокрушительная тяжесть моей неспособности защитить свою Пару давила на меня, крадя само дыхание из лёгких.
Синие деревья вокруг меня трескались, разбрасывая щепки коры в звёздную бездну над головой. Холодные тёмно-фиолетовые облака дрожали под ногами, пока мой разум держался из последних сил.