- Ты его навещал? – теперь уже я позволил себе пустить слезу.
- Нет, – честно ответил тот. – Но он мне часто писал. Особенно, когда находился в психиатрической клинике. Каждую неделю приходило по письму. Я перестал отвечать, когда его перевели в окружную тюрьму. Но, видимо, ему не дают там лекарства, раз он тебе такое сказал.
- Его не выпустят? – это единственное, что пришло мне в голову.
- Да, – коротко ответил тот. – Хоть он и был моим лучшим другом, я не могу ему простить то, что он сделал с Линдой. И я буду рад, если ты больше не будешь к нему ходить. Пойми, что ты для меня как родной сын. И я люблю тебя не меньше Тэрри. Хотелось бы, чтобы ты всё это чувствовал, но, честно, с тобой было очень сложно в последние годы. Мы же тебя к психологу отправляли не просто так, а чтобы проверить, перенял ли ты эти расстройства от отца или нет. И что бы мы с Натали не делали, всегда хотели как лучше. Но, видимо, выбрали не тот подход, а потом будто вжились в эту роль строгих родителей. Ты начал очень много пить, тусоваться в непонятных местах… казалось, что вообще от рук отбился. И у нас просто не было иного варианта, иначе мы могли бы тебя потерять надолго, не на этот месяц. И очень надеюсь, что после нашего разговора, ты перестанешь держать на нас обиду.
- Значит, ты решил откупиться деньгами и моей свободой, чтобы загладить вину? – кажется, я начал всё понимать.
- Да, можно сказать и так, – он кивнул, а затем пригрозил мне пальцем. – Но я бы поговорил о списании в дилерском центре Кавасаки.
- Что? – сначала не понял я. – Тэрри же сказал, что успел удалить сообщение.
- Так вот, что произошло, – рассмеялся отец. – Мне в любом случае приходят оповещения на часы.
- Вот же… – улыбнулся впервые за этот разговор я, понимая, что тот самый мотоцикл стоит припаркованный у входа в компанию. А затем я резко убрал эту улыбку. – Прости… Прости, что вёл себя, как мудак всё это время, думая, что ты меня ненавидишь. Ни одного звонка, ни одного сообщения. Думал, что вам наплевать на меня. И эта новость с компанией… Без всех объяснений выглядело так, будто ты это делаешь назло.
- Во-первых, Натали там вся извелась, но я её попросил не беспокоить тебя. Нужно было время, но оно почему-то пошло против нас. А во-вторых, я никогда ничего не делал тебе назло. И надеюсь, что наше отношение друг к другу поменяется теперь, и ты вернёшься домой, – он говорил это с такой мягкой улыбкой, что я поверил ему. Каждому его слову. Но осадок в груди всё равно оставался.
- Я бы хотел жить один, – честно признался.
- Тогда ждём тебя на семейный ужин, – отец мне подмигнул, и вдруг появилось такое непривычное чувство.
- А что теперь будет с тобой? – поинтересовался я. – На пенсию, вроде, рано выходить.
- Я отдаю тебе должность гендиректора, но не ухожу из компании, просто вернусь туда, где и должен быть, на место заместителя. Поэтому у тебя будет верный помощник, который подскажет по любому вопросу и направит в нужном направлении.
- Хорошо, – кивнул ему. – Я приму должность, но с одним условием, - мне показалось или отец закатил глаза? – Тэрри должен занять роль финансового директора.
- Договорились.
Он протянул мне руку, которую я впервые с удовольствием пожал. Всё наконец-то встало на свои места. Мне полностью открыли глаза на то, что произошло на самом деле. И я был безумно этому рад, что эта нервотрёпка наконец-то закончилось. Неужели, теперь всё будет хорошо?
23 глава.
Наверное впервые за несколько лет у меня совершенно свободная голова по поводу семьи. Это настолько странно и непривычно, что кажется нереальным. Обычный сон, из-за которого я проснусь со слезами на глазах. Но нет, такова новая реальность. Как же я был рад тому, что Эмили уговорила меня пойти к отцу в тюрьму, ведь я считал папу предателем и главным злодеем. Исход нашего разговора хотелось пока хранить в секрете, но при этом одновременно было желание кричать обо всём так, чтобы все люди мира услышали. Семья Торнхилл снова воссоединилась! Ещё день назад я бы покрутил пальцем у виска, если бы мне кто-то сказал нечто подобное. А сейчас я жду семейного ужина с большим нетерпением. И даже не чувствовался какой-то подвох, который был раньше, такой неприятный осадок оставался каждый раз. А в груди теперь неожиданно непривычный и приятный комочек тепла.
Я вышел из здания компании с победоносной улыбкой на лице, хоть совершенно не рассчитывал на такой исход нашего разговора. Перед главным входом стоял мой красавец – мотоцикл, за который успел уже немного получить. Думал, что буду выходить, как обычно, злым на весь мир, поэтому и решил добираться самостоятельно, чтобы после выплеснуть все эмоции в скорость. И поэтому я просто сел на байк, оглядел здание и впервые был рад тому, что оно скоро станет моим. И наконец-то понял, что меня не кидают одного в неизвестность. Папа и брат будут рядом. Они просто отдают то, что должно принадлежать мне. Хоть этого ни капли не заслуживаю, но, видимо, придётся постараться ради мамы.