Всё это время Тэрри читал письма вместе со мной через моё плечо. Он чутка взъерошил мои волосы, как делал ещё в детстве, что вернуло меня в реальность.
- Я могу взять эти письма ненадолго? – спросил у папы, всё ещё пытаясь прийти в себя после прочитанного.
- Конечно, – ответил тот, но нахмурился. – Зачем они тебе?
- Его надо отправить в лечебницу обратно, – честно признался я. – Ему нужна помощь.
- После всего того, что ты узнал, всё равно хочешь ему помочь? – недоумевал Тэрри.
- Да, – согласился я. – Ему место в лечебнице, не в тюрьме. По крайней мере пока. Он убийца, но лечение сейчас важнее. Надо вернуть его в состояние осознанности. Пап, ты готов оставить лучшего друга в таком состоянии?
- Во-первых, – спокойно начал тот. – Бывший лучший друг. А во-вторых, ты немного опоздал с этим. Мы уже начали процесс перевода в клинику. Я занялся этим вопросом, как только понял, что всё становится хуже. Только вот это происходит не так быстро, как хотелось бы. Твой отец почти каждый день сейчас проходит различные тестирования, чтобы понять, насколько он болен и опасен для окружающих и себя самого.
- Спасибо, – тихо поблагодарил я и всё-таки решил ненадолго забрать эти письма себе.
Мы ещё немного поговорили о насущных проблемах, о компании и просто о какой-то ерунде. Когда пришло время расходиться, я попросил Тэрри оставить нас с папой наедине. Тот кивнул и удалился, а я будто снова потерял всю уверенность.
- Пап, – тихо позвал его я. – У тебя есть хоть какая-то фотография мамы? Мне очень важно её увидеть.
- Да, – ответил тот и достал из своего стола какой-то альбом. – Посмотрим вместе?
Я с улыбкой кивнул. Папа сел рядом со мной, открывая альбом с первой страницы.
- Это наш, так сказать, дружеский альбом. Тут есть все. И твоя мама, и твой отец.
На первой же странице было четыре портретных фотографии с именами и фамилиями. И тогда я увидел её впервые. Прямые чёрные волосы, тёмные глаза, фарфоровая белая кожа, родинка под глазом (прям как у меня!) и мягкая улыбка. Папа был прав, она нереально красивая. И от этого почему-то стало очень грустно. Даже по обычной фотографии было понятно, почему они оба так сильно любили её.
Папа листал страницы альбома, попутно рассказывая о том, как и когда были сделаны эти фотки. В основном всё снято в студенческие года. И как он сказал, в самое счастливое и беззаботное время. Они много путешествовали на каникулах, что я аж позавидовал. И подумал, что нужно будет как-нибудь выбраться вместе с Майком и Эмили. Нам нужно больше совместных воспоминаний.
В тот вечер я решил остаться на ночь в родительском доме. На душе было так тепло, что впервые я смог заснуть, ни о чём не думая. Мама пришла ко мне во сне и сказала самую важную для меня вещь: «я горжусь тобой». На утро я проснулся с первыми слезами радости на глазах.
25 глава.
Началась подготовка к предстоящей передаче должности. Слишком бешенный ритм, к которому, видимо, стоит привыкать. Жизнь будет такой теперь всегда. Офис, бумаги, суета. Меня потихоньку начали посвящать в курс дела, и, честно, стоит признаться, что теперь же я это делал с удовольствием, и мне совершенно не хотелось сбежать оттуда, даже с такой наваленной работой. Это было непривычно, но совершенно не в тягость. Особенно понимая, что большую часть дня я проводил с папой. Когда же такое было в последний раз? Уж точно до средней школы.
Мне было так приятно находиться в компании, что аж становилось страшно от такого. И даже всё это начинало нравиться. Мне показывали, что и как надо делать, а я и не думал, что у меня хоть что-то будет получаться. Погружаясь в офисные дела, как и понимал раньше, попросту забуду обо всём другом. За эти дни в моей голове не было ни одной мысли об Эмили, только работа. Она напомнила о себе лишь за два дня до принятия должности гендиректора. Написала мне коротенькое сообщение с вопросом, чем я буду занят этим вечером, а я почувствовал укол стыда, что не вспоминал о ней. Но ведь так и предполагалось, разве нет? Я предупреждал её, что последние дни отведённого мне месяца будут сложными для общения с ней. И несмотря на всю усталость из-за работы, позвонил ей.
- Да? – ответила та буквально через пару гудков.
- Встретимся? – спросил я. Мне почему-то так резко захотелось увидеть её, поговорить, провести время вместе, пока оно у меня есть.
- Конечно, – с радостью согласилась та. – Я как раз не знала, чем себя занять. Жду через час у своего дома.
Она сбросила трубку, а мне даже не удалось возразить, осталось только повиноваться ей и пойти собираться. Мне надо было срочно привести себя в чувства и добавить немного энергии, так как глаза уже слипались от усталости. После быстрого похода в душ закинулся энергетиком и почему-то слишком долго выбирал, в чём мне идти. От чего-то появилось ощущение того, что эта встреча будет слишком важной для нас двоих. Может, наконец-то признаемся друг другу? Так, стоп. Признаемся в чём? В том, что мы стали хорошими друзьями? Ничего более. Никаких чувств нет и не будет. Мы просто друзья. Друзья. Друзья… Это слово стоит чаще повторять в своей голове, чтобы больше такие идиотские мысли не посещали её.