Выбрать главу

- Могу я попросить тебя кое-о чём? – спросила девушка, наконец-то поворачиваясь ко мне.

- Конечно, – ком в горле всё ещё никуда не делся.

- Поцелуй меня, – практически прошептала та. – В последний раз.

Я не мог не исполнить её желания. Не мог ей отказать. Потому что понимал, что сам этого хотел. Придвинулся ближе к ней, не отпуская её ладони и наклонился к лицу. Она прикрыла глаза, от чего очередная слеза покатилась по щеке. Я нежно прикоснулся губами к её, чувствуя на них влагу от слёз. Эмили дрожала, хоть на улице и было тепло. Не долго думая, я углубил поцелуй. Не напористо. Всё так же с нежностью и осторожностью. Мне хотелось защитить её. От боли, от страданий, что она испытывала в тот момент. И пытался передать это всё через поцелуй. Я отчётливо понимал, что уже слишком поздно. Она влюбилась в меня, и, наверное, я не смогу ответить ей взаимностью. Нельзя. Так нельзя было. Я этого никогда не хотел. Нужно было ей отказать, чтобы всё не стало ещё сложней. Но не вышло. Я не смог устоять перед её взглядом. Перед её слезами. Она всегда делала меня слабым. Она всегда пробуждала во мне непонятные чувства. Давно забытые. И я не хотел признаваться сам себе в этом. Мне было страшно. Потому что понимал, чем это всё закончится. «Любовь – это прекрасно». Эти её слова будто отпечатались у меня где-то под коркой. Нет. Нет. Нет… Я не мог справиться даже с самим собой, то как я мог справиться с ней?

Эмили лежала на моей груди полностью обнаженная. Она выводила какие-то узоры своими мягкими пальцами на моей коже. Как такое произошло? Почему я позволил этому случиться? В который раз проиграл. Теперь моя кровать пропахнет ею. Её запахом. Её шампунем. Может, оно и к лучшему? Будет мне наказанием за то, что повёл себя с ней как последний мудак.

Я аккуратно убрал её руку с груди, встал с кровати и надел домашние шорты, что валялись где-то на полу.

- Ты куда? – поинтересовалась та.

- Покурить, – ответил ей. – Не против, если я это сделаю здесь?

- Нет, – девушка закуталась в одеяло и проследила за мной взглядом, как я подхожу к окну.

Первая сигарета за несколько часов. Голова в миг начала кружиться от такого перерыва. Я затянулся и взглянул на Эмили. Она лежала на моей кровати, раскинув волосы по всей подушке и улыбалась. Как же мне хотелось её сфотографировать в этот момент, только чтобы помнить о нём всегда. Эмили была такой уютной. Она будто находилась в правильном месте. Будо всё встало на свои места. Будто она всегда должна была там лежать. Всегда смотреть на меня с такой улыбкой. И всегда морщить нос, когда до неё доходит дым от сигарет. Ох уж этот сморщенный нос. Её визитная карточка. Она всегда это делала так забавно, что я невольно улыбался от одного только её вида.

Мы просто молча смотрели друг на друга. И я понял, что проиграл. Проиграл ей. Проиграл именно той девчонке, что не смогла вытащить пьяного мужика из своей машины. Той девчонке, что слишком холодно мне отвечала. Той девчонке, что, казалось, преследовала меня везде. Той девчонке, что рыдала у клуба. Той девчонке, что стеснялась зайти в дорогой магазин одежды. Той девчонке, что будто изменилась со сменой причёски. Той девчонке, что впервые пошла в клуб вместе со мной. Той девчонке, что не смогла даже и четырёх номеров телефонов собрать у парней. Той девчонке, что искренне переживала на гонках… Я начал вспоминать всё. И даже не понял, когда случился тот самый переломный момент. Когда я влюбился в неё?

Докурив сигарету, продолжил стоять у открытого окна, уперевшись на стену и не сводя с Эмили взгляда. Мы будто играли в гляделки, где никто не хотел проигрывать. И ведь действительно, моё сердце начинало биться чаще только от одного взгляда на неё. «Любовь – это прекрасно». Видимо, она всё-таки была права. Тепло в моей груди тому доказательство. Что же она со мной творила? Зачем я во всё это ввязался? Было бы мне лучше без неё? Однозначно нет. Но я не мог этого выдержать. В ту самую ночь стена была полностью разрушена, но камушки всё ещё лежали, и я не собирался их сметать.

«Любовь – это прекрасно». Вдруг эти слова произнесла не Эмили, а биологический отец. Тот самый, что убил собственными руками любовь всей своей жизни. Гены. Я его сын. А вдруг я поступлю точно так же? Вдруг мы поссоримся, и я не смогу остановиться? Нет. Я же не такой. Со мной всё в порядке. Неужели? Психика, вроде, уже пошатнулась, Томас. Нельзя. Тебе нельзя её подпускать. Нет. Ни в коем случае. Прогони её. Пусть убирается из твоей квартиры. Заставь её уйти. Её здесь не должно быть.

- Тебе пора, – сухо произнёс я, нарушая тишину.

- Что? – переспросила та.