Кое-как заставил себя встать с кровати, словив при этом не мало вертолётов, и отправить своё тело в душ. От прохладной воды мне полегчало, но не настолько, чтобы хотя бы просто существовать этот день. Поэтому следующим этапом стала таблетка аспирина и стакан минеральной воды. Вроде, всегда спасало, поэтому очень надеялся, что поможет и в этот раз, иначе весь день пойдёт насмарку. Я опёрся рукой на стол, уронив голову на грудь , пытаясь хоть как-то прийти в более-менее нормальное состояние до начала действия лекарства. Надо бы позвонить Эмили, чтобы договориться о встрече, но так пока и не смог придумать, что же мы будем делать. Может, нам стоит обоим взять выходной друг от друга? Вся ситуация слишком сильно меня напрягала. И я мог думать только о том, что она влюблена в меня. Но ведь как это? Как это не встретиться с Эмили? Я её видел каждый день, и, казалось, этого было катастрофически мало. Мне не хватало её в те моменты, когда находился один. Хотя, если подумать, она всегда была со мной. В моих мыслях. Только она всегда сидела в моей голове. Правильно ли это было? Нет, совершенно нет. Я боялся, что это может зайти слишком далеко. Нельзя было её подпускать к себе настолько близко, потому что сам начинал потихоньку проваливаться в неё. Она затягивала как мёд, как зыбучие пески, из которых можно было выбраться лишь с большим трудом. Меня всё это пугало только от одной мысли, что когда-то погрязну в ней с головой. И, видимо, всё к этому и шло… Мне нужен был перерыв, небольшой отдых. Я не хотел бросать её, так как наш эксперимент не закончился, и мне было интересно, к чему это всё приведёт.
«Сегодня у нас выходной, встретимся завтра», – кинул ей короткое сообщение, еле попадая по клавиатуре руками из-за головокружения. Я и не ожидал, что она что-то ответит, а в итоге получил от неё звонок.
- Том, всё хорошо? – спросила обеспокоенно та. У неё был немного охрипший голос, видимо, не только я страдал от похмелья тем днём.
- Да, – соврал ей. Мне так не хотелось говорить ей правду. И вот опять ложь за последние два дня. – Мне просто хреново после выпитого, – а вот это уже была правда. Ура, хоть что-то не скрыл от неё.
- Я хотела извиниться перед тобой, – она сделала настолько виноватый голос, что у меня опять внутри что-то ёкнуло. Это так… бесило, что ли? Почему что-то происходит там внутри? Зачем? – Я слишком много выпила и не соображала, что делаю. И благодарна тебе, что ты всё-таки вытащил меня из клуба, а не оставил там. Даже не представляю, чем могло бы всё обернуться.
- А я прекрасно представляю, – это было сказано с какой-то злостью? Ведь невольно вспомнил тех мужиков вокруг неё. Я прекрасно понимал, о чём те думали, и на что надеялись. Опять появилось то самое неприятное чувство внутри.
- Прости, – та продолжала всё таким же виноватым голосом, от которого всё сжималось. Я испытывал противоречивые чувства из-за этого разговора. Я злился, чувствовал свою вину за то, что позвал её танцевать с собой, и… ревность? Да, нет, фигня какая-то.
- Ты не виновата, – я не хотел, чтобы она себя так чувствовала. Это неправильно.
- Точно не хочешь сегодня встретиться? – как же я слаб был перед ней, только от одного звука её голоса. Мне никак было ей не отказать, но пришлось перебороть себя.
- Вряд ли мне удастся выйти из дома, – попытался улыбнуться совей фразе, но не получилось. Я боролся с собой внутри себя. Мне было необходимо выкинуть все эти чувства, что возникали из-за неё. Я не хотел их понимать и принимать, боялся всего, что связано с чем-либо подобным. Потому что прекрасно понимал, что в самом конце будет невыносимо больно.
- Может просто поболтаем по телефону тогда? – «откажи ей». Я подружка для неё что ли?
- О чём?
- О чём хочешь, – «ни о чём».
- Расскажи мне больше о своих родителях, – как-то само собой получилось сказать это. Я даже не думал, когда говорил. А ведь это может причинить Эмили боль.
- Они были самыми добрыми и искренними людьми во всём мире, – девушка смягчила свой голос, как только начала рассказывать. А я удивился тому, что она согласилась на это. – У них был счастливый брак и любимая дочь. Как-то в первом классе начальной школы мне понравился один мальчик, что был старше меня на год, я всегда маме говорила, что выйду за него замуж, и что у нас будет такая же идиллия, как у них с папой, - она усмехнулась от воспоминаний. Я лишь надеялся, что Эмили не станет от этого плакать, иначе точно сорвусь и побегу к ней. – Мы так хорошо жили вместе, несмотря на все долги. Если обычно в таких ситуациях в семьях происходит разлад, то нашу это только сплотило. Папа работал в трёх местах и не позволял маме брать сверхурочные, он заботился о том, чтобы у меня было счастливое детство, и у него это получилось в какой-то мере. Помню, как была безумно рада получить на шестой день рождения велосипед с такой забавной корзинкой впереди, – она сделала небольшую паузу, но я понимал, что та улыбалась, пока рассказывала это всё мне. – Но папа совершенно измотал себя, поэтому не справлялся с одной из работ и нам пришлось продать этот велосипед. Но я всё понимала и наоборот даже настаивала на этом, потому что родители выбирали между этим и устройством мамы на подработку на несколько дней. Они и так очень сильно уставали. И в последнее время мне становится грустно, что я не так часто вспоминаю о них, хоть и должна уже как-то двигаться дальше, – очередная пауза, которою нельзя было нарушать какой-то вставкой. Я с трепетом слушал её рассказ, её боль от произошедшего. Но она с такой теплотой рассказывала о своих родителях, что мне непозволительно стало завидно. – Сейчас вспомнила день, когда маму повысили на работе, это произошло незадолго до аварии. Мы впервые пошли в ресторан. Он не был каким-то изысканным и дорогим, но для нас уже это казалось роскошью. По этому случаю мама даже перекроила моё платье, которое я всегда надевала на все праздники, чтобы показать, что всё изменится, что эта перемена к лучшему будущему. С маминой новой должностью мы могли всего лишь за два года закрыть все кредиты, даже если папе пришлось бы уйти с одной из работ. Я несколько дней по ночам плакала от счастья, от того, что родителям наконец-то не нужно будет пахать до посинения только для того, чтобы у нас было что-то на ужин, а про счета я вообще молчу. Шаг в новую жизнь… – Эмили не плакала, и не было даже и намёка на слёзы. А вот мне хотелось разрыдаться от жуткой несправедливости. Что у неё отняли любящих родителей, ведь всё только начинало налаживаться. – Они были моими лучшими друзьями, и я совершенно не представляла какой-то другой жизни. Да, конечно, мы иногда скандалили, но ведь у каждого в семье так. Когда ребёнок подрастает, всегда начинаются небольшие проблемы, правда? Но я до сих пор считаю, что мы были идеальной семьёй и единым целым. И так хочется сказать им огромное спасибо за то, что вложились хотя бы в несколько лет моего воспитания, что они мне показали тёплую любовь, и как должна выглядеть настоящая семья, - она явно поставила точку в своём рассказе, а я же реально еле сдерживал слёзы от несправедливости этого мира. Ситуации в жизни у каждого человека несомненно разные, но мне, действительно, стоило изначально узнать историю Эмили целиком, чтобы потом ныть о своих родителях. И вдруг опять что-то совершенно неприятное кольнуло где-то внутри. Как было больной темой, так и осталось. Только вот боль начала ощущаться в разы сильнее.